Да, орки мы!

Даже и беспокоиться не о чем.

— Не бойся, — произнёс я. — Я не собираюсь бить тебя за любопытство.

— Да? — она позволила себе немного расслабиться, но всё ещё смотрела на меня настороженно и опасливо.

— Да. Вот если бы ты что-нибудь испортила... — сказал я.

— Я даже не трогала! — воскликнула Кара. — Только посмотрела...

— И что ты поняла из увиденного? — хмыкнул я.

Кара задумалась, чуть прикусив губу.

— Это как если бы на вашу деревню с высоты посмотреть, а потом увиденное начертить... Ты умеешь вселяться в птиц? — произнесла она.

— Или ты летаешь во сне? Ночью ты что-то бормотал, только я ничего не поняла. Блудсикер на мид, инвокер рак, пушим топ, и про мать что-то... Я подумала, это заклинание какое-то.

Я удивлённо вскинул брови и рассмеялся. Это было и впрямь неожиданно.

— Нет, не летаю. Но это и правда вид на окрестности сверху, — сказал я. — Если представить, что восход здесь, а закат вон там.

Кара снова присела рядом с картой, провела когтем по дорогам и тропам, идущим прочь из деревни Кривого Копья, удивлённо хмыкнула.

— Здесь племя Белых Ястребов, — указал я на пиктограмму в виде схематичного пёрышка. — А здесь Ледяные Огни.

— А тут, получается, было наше племя, — вздохнула Кара, показывая на пустое место в предгорьях западнее отсюда.

Я достал уголёк и нарисовал в этом месте чёрный камень, символизирующий племя Чёрного Утёса. Было бы любопытно туда наведаться. Может, кто-то из него всё-таки уцелел. Сомневаюсь, что нас там встретят хлебом и солью, раз уж, по словам Кары, мы истребили всех, но кто знает.

Вдруг нам повезёт.

Глава 17

Следующее утро обошлось без вызовов на бой и прочих неприятностей. Приятное, беззаботное пробуждение, как в голливудском фильме, когда герой встаёт в пять утра весёлый и бодрый, чтобы принять душ и с широкой улыбкой выйти на пробежку в Центральный парк под какую-нибудь весёлую музыку. Никогда не думал, что подобное вообще возможно.

Даже Кара ещё спала на своём месте у стенки, а в очаге ещё краснели не успевшие прогореть угли.

На улице едва-едва занимался рассвет, выползая из-за горных склонов. Чудное зрелище, когда первые лучи касаются вершин, а всё остальное скрыто в сумерках, и тени ползают по склонам, будто живые.

Я даже сделал небольшую зарядку на свежем воздухе, отжался двадцать раз без особых усилий, поприседал, попрыгал, побоксировал с тенью. Всё давалось легко и непринуждённо. Большая часть племени ещё спала, лишь некоторые выходили наружу, с удивлением глядя на мои занятия.