Да, орки мы!

Даже моё попадание — чистая удача, да и в целом праща это не самое точное оружие. Надо тренироваться с детства, чтобы метко стрелять, как, в принципе, и чтобы стать мастером во всём остальном. В детстве мозг более пластичен и легче создаёт новые нейронные связи, и можно было предположить, что у орков это происходит точно так же.

Но даже так слитный залп десятка пращников по плотному строю каких-нибудь местных гномов может навести шороху. Массированный огонь это тема. Ну и вообще, внезапное применение какой-нибудь вундервафли это всегда паника у противника и уверенная победа у нас, главное, не открывать все карты сразу и не полагаться только на вундервафли, чтобы не повторить судьбу одного австрийского художника.

Наконец, какой-то счастливчик из молодых запулил камень прямо в лоб козлиной голове и разразился победным кличем. Остальные глухо зарычали, расстроенные тем, что победа досталась не им. Я поднялся со своего лежбища.

— Как тебя зовут? — спросил я у победителя.

— Зугмор! — осклабился орк.

— Забирай голову, Зугмор! — разрешил я. — А остальные лучше тренируйтесь!

Зугмор побежал за головой, остальные орки и орчата начали разбредаться кто куда. Ладно хоть пращи не побросали, и то хорошо. Будем надеяться, что они всё-таки продолжат ими пользоваться. В целом мероприятием я был доволен, всё прошло неплохо для первого раза. Я вообще думал, что меня даже и слушать никто не будет, но падкие на халяву орки не посмели мне отказать.

— Брат, брат! — ко мне подбежал Дургуз, своими ужимками снова напоминая обезьяну. — Ты это сам придумал?

— Духи нашептали, — отмахнулся я.

Брат снова испуганно подскочил и отшатнулся от меня, и я тут же понял, что сморозил какую-то недопустимую глупость.

— Духи? Надо тебя шаману показать! — обеспокоенно воскликнул он. — Давно они у тебя? После того, как тебя Бздук стукнул?

Я неопределённо махнул рукой, мол, отстань, обернулся и увидел, что к нам снова приближается вождь со своей свитой.

— Ундзог! — взревел вождь. — Мясо!

Ну да, что же ещё. Я покосился на остатки козлятины, лужи крови, потроха и шкуру.

— Мясо? Вот твоя доля, вождь, — сказал я, указывая пальцем на сизые вонючие потроха, склизкими кольцами лежащие в грязи.

Баздук поглядел сначала на козлиные кишки, потом медленно перевёл взгляд на меня, глухо зарычал.