Я должен спасти мир силой любви, но я непопулярен у девушек

А ведь потом была еще вторая, что настолько сильно по форме и очертаниям походила на ящера, что ей стоило бы выдать штраф за воровство концепта (или какой можно еще в таком случае выдать). Однако запомниться ей помогло то, что вся она была составлена из ножниц, что в один момент словно психанули, разлетелись по сторонам и начали нападать на меня подобно стае воронья.

— «И ведь кто-то еще мнение выдвигал, что форма чудищ символизирует то, из-за какой травмы они обратились... — рассекая напополам одну пару ножниц за другой, дивился аляповатости ситуации я.

Даже как-то неправильно было ощущать внутри себя такую приподнятость, изничтожая этих прокаженных. Еще с десять минут назад я готов был с жизнью расстаться при виде одной такой, а теперь, уподобившись ураганному ветру, и вовсе считал, что смогу сражаться вот так целую вечность! В какой-то мере спасало меня от этого лишь то, что я ощущал себя еще куда более неправильно настолько проникаясь естеством того мужчины, с чьим клинком я сейчас впитывал все эти невероятные техники.

— «Какие тут девушки, когда...!» — хотел я было начать городить у себя в голове совершенно невнятную чушь.

— Хватит, — пока голос куба с его кристальной ясностью не разъяснил мне причины этого бреда один своим словом.

— «Какое хватит?!» — по первой я дерзнул даже подумать, видя пред собой смоляной образ очередного соперника.

Но затем барьер рассеялся, а мое тельце вновь было выкинуто в галдящий, душный и жаркий летний парк.

— Но это чудище, как же так, оно же сейчас...? — почти не замечая, как еле-еле нахожу кислород в легких, дабы сейчас так причитать, вопросил я.

— С ними разберутся ближайшие Щиты, — снова осек меня куб.

И ведь наглости во мне набралось столько, что я хотел уже снова что-то высказать в качестве недовольства. Однако внезапно все звуки вокруг и даже мои собственные мысли заглушил безумный стук в груди, что банально не мог походить на звук любого здорового сердца.

— Да уж, не ожидал я тогда, что вот так просто вырублюсь... — уже только вспоминая прошедшее, сидел я и спокойно вслух обсуждал ситуацию с кубом и клинком в одном ресторанчике неподалеку от того самого злосчастного парка на следующий день.