Кровь эльфов

Короче, умнющий парень – страх! А какой красивенный! Видела его как-то подле ратуши - высокий, волосы как смоль, черные – на папашку своего в молодости походил. И глянь ты, зачах на глазах, никто и сделать ничего не успел.

– Неужто и доктора не поняли, что с ним случилось? Наместник, небось, с самой столицы выписал. – Тема внезапных смертей и скоротечных болезней меня заинтересовала.

– Так не успели, – развела руками соседка. – Утром кашлял, днем жар приключился, голова заболела, а к ночи совсем плох стал.

Так к следующему утру уже и остыл. Целитель со знахарем, что той ночью по порталам своим бесовским прибыли, уж ругались-ругались, чуть бороды друг другу не повырывали, но сошлись на том, что была это какая-то мозговая инхвекция. Скорая и неостановимая.

Я бы могла сказать, что менингит, даже самый скоротечный, можно остановить с помощью магии, но боюсь, что повреждения мозга были бы несовместимы с нормальной жизнью. Если бы целитель и знахарь достигли успеха, на руках у наместника скорее всего остался слабоумный инвалид, требующий постоянного ухода.

Иногда смерть – не самый худший исход лечения.

– Вроде у наместника был еще один сын? – между делом поинтересовалась я.

Марта пренебрежительно махнула пухлой рукой.

– Бездарь. Весь в покойную мать, хлипкий, тощий да несуразный. Говорят, в стихотворцы подался. Куда ему в наследство провинцию оставлять?! Истинно говорю – ждать беды нам от таких правителей. Придет время, вспомните мои слова.

Кара грядет на наши нечестивые головы, сам Огнебог спустится с небес и воздаст нам за наши грехи! Да спасет нас святая Маннон!

Глубокая религиозность – еще одна отличительная особенность местного населения. Причем, зачастую очень специфическая, без практического приложения. Посещения храма каждую седмицу, пожертвования, поминание бога огня всуе по триста раз на день никак не мешали им нарушать данные Святой Четверкой заповеди, обходить посты и грешить по мелочам.

Из всей Четверки жители провинции Эссен предпочитали Огнебога, который был символом неотвратимой и справедливой кары. Его популярность резко возросла после войны – по всей Империи строились новые храмы огнепоклонников. В народе даже бытовало еретическое утверждение, что в решающей битве на Ренне Огнебог сошел с небес раньше срока, чтобы собственноручно покарать зарвавшихся эльфов. Жрецы культа не подтверждали этот слух, но и искоренять не спешили.