#Бояръ-аниме. Угроза мирового масштаба

— Баронесса прикрыла глаза, глядя на меня из-под ресниц. — Скажем, за то, что чуть не отравила тебя за обедом. Хотя, наверное, маловато будет... Как-никак, ты мог попасть... в лазарет... надолго...

Последние слова она произнесла с придыханием, взгляд ее снова вернулся к моему лицу, а, договорив, она слегка прикусила нижнюю губу и чуть подалась назад, так, что мои пальцы все же коснулись ее талии через платье. Ванесса тут же чуть прогнулась в пояснице, словно не хотела, чтобы я ее трогал, но в противовес этому ее губы оказались прямо возле моих, так, что я почувствовал ее тяжелое горячее дыхание.

И в этот момент входная дверь в комнату грохнула о стену!..

Глава 23. Уроки магии

Таким беспардонным образом в комнату мог вломиться только один персонаж.

И, пожалуй, только в одном состоянии — в том самом, в котором он обещал не только мне, но в первую очередь сам себе, больше никогда не находиться.

Когда я отвел взгляд от лица покрасневшей (вот это да, она умеет краснеть!) Ванессы к двери, то убедился в правильности своих суждений.

Ну, или вернее, в правильности суждения. Одного.

Это действительно был Нокс. Но он отнюдь не был пьян. Даже наоборот — он был абсолютно трезв, кристально. Настолько, что не только стоял сам, причем даже не касаясь, но и держал практически на своих плечах, как раненого боевого товарища, свою белокурую пассию Фрейю.

А вот она-то как раз была пьяна. И не просто пьяна, а, можно сказать, она была практически без сознания и странно, что вообще умудрялась хотя бы как-то перебирать (на самом деле больше цепляться за все подряд) ногами, а не висела бесформенным мешком.

Взгляд Нокса был направлен на подругу, он что-то тихо говорил ей, следил, чтобы она не споткнулась, когда переступала порог комнаты, поэтому нас с Ванессой он увидел не сразу — только когда уже оказался внутри и практически доволок Фрейю до своей кровати.

— О, ты тут! — обрадовался блондин, подняв на нас взгляд. — И... ты?

Ванесса ничего не ответила и только отвела взгляд, что и так было красноречивее любых слов.

Впрочем, Нокс уже забыл, о чем шла речь, поскольку его мысли были заняты другим:

— Слушай, как хорошо, что ты тут! Фрейя перебрала на балу что-то, можно ее как-то в себя привести?

— Можно, — усмехнулся я. — Но лучше, если ты не будешь принимать в этом участия.

— Это почему? — удивился Нокс.

— Просто поверь на слово, — уклончиво ответил я. — С твоей стороны сейчас лучшим действием будет отправить ее в лазарет.