Черная звезда

Если будут какие-то косяки, переделаю или просто выплесну в огонь.

Деревенский врачеватель из Болотец — не знаю, где это, но что-то родственное Замошью — который в нижнем стойбище почтительно именуется «господин лекарь» — не спит. Только что вернулся с другого края лагеря. Дядька он не старый, с большими грубыми руками, на которых не хватает мизинцев, с ухватками медведя-костоправа, смотрит снисходительно, с прищуром, но пару веников с веревки снимает и кастрюльку выдает со словами: «Только никуда не уноси, здесь вари.

А то знаю я вас, побродяжек...» Он пытается сказать мне, как и что сочетать, но я советы отсекаю. Я эту болезнь видела, я сама ею болела. Не мешайся, дядька, мы сами с усами.

Уверенно тыкаю пальцем в корешки, кастрюльку возвращаю, вместо нее прошу сковороду для сухой прожарки, горшок с крышкой для ферментации и ломкие старые веники сменить свежесобранными, едва подвяленными. И дрова на всю ночь. Будет вам целебный чай к утру прямо из того, что растет вдоль ручья, почти под ногами.

В один корешок и две травки.

Лекаря зовут Панкрат. У него темная нечесаная шевелюра, густая проседь в волосах и в бороде, дубленая кожа на щеках и много частых резких морщинок вокруг насмешливых серых глаз. Лет ему чуть за сорок, что наивной Эльсе кажется глубокой старостью. На мой личный взгляд Панкрат мужчина еще хоть куда, а седина означает житейскую мудрость, чего мне лично в этом мире очень не хватает. Но Эльсе в это же самое время думает: вон, седой уже, значит, старый, неинтересно.

Посмотрев за мной минут десять и убедившись, что я не полная дура, не косорукая, открыто колдовать не собираюсь и палатку ему не сожгу, он зевает и укладывается спать. Рецепт его не заинтересовал. Лекарь просто предупредил меня, что всю испачканную посуду мыть буду сама, а истраченный запас корней и трав завтра восстановлю. Не очень верит в мою затею. Я молча пожимаю плечами. Я не травница, дядя, не деревенский лекарь, не лесная ведьма. Я настоящая чародейка и алхимик, хоть последнее у меня и с уклоном в хулиганство.

Это — совершенно другое. Побожусь, как тетке Марте, что ты такого в своих Болотцах, Бродцах и прочих дальних пырловках даже не видел. Правда, потому можешь по достоинству и не оценить. Но зелье само себя покажет.

Что-то кому-то доказывать имею в виду в последнюю очередь, однако результатом, полученным к утру, горжусь. Всего-то из вложенных процессов — превращение из низшего в...