Пепел дорог судьбы. Книга I

– Быстрее!

Пока обманом приманенные животные не пришли в себя и не оправились от магии, сковавшей их сознание, нужно было действовать. Максим ускорил своё дыхание и громко закричал, когда рана в сердце разошлась, и кровь из него хлынула наружу.

Кожа на его груди поплыла, словно разогретый воск и начала деформироваться. Из нее сформировались длинные полые жгутики телесного цвета и с невероятной скоростью они устремились к ничего не подозревающим зверькам. Для каждой жертвы по одному такому жгутики. Они впивались в их тела и заживо поглощали, перерабатывая полученные ресурсы в нужные строительные элементы для восстановления человеческого тела.

Анариэль стояла между деревьями и молча наблюдала за творившимся на её глазах ужасом. Она тихо плакала, а в голову лезли глупые вопросы: «В какого же монстра ты тогда превратился…?»

Процесс восстановления продолжался до глубокой ночи. Анариэль уже успела устроиться на ночлег, развести костер и приготовить незамысловатый ужин, как Максим вдруг вздрогнул и сделал глубокий вдох – первый за несколько часов.

Девушка не спешила к нему на помощь и молча наблюдала за тем, как он медленно приходит в себя. Она не возненавидела его, но откровения, свидетельницей которых она стала, казалось, что-то надломили в ней по отношению к нему. Ей предстояло еще всё хорошо обдумать.

Покачиваясь и путаясь в собственных ногах, Максим прошел к костру и рухнул на свой спальник, где тут же забылся в глубоком сне. Анариэль все так же молча подошла к нему, разомкнула его рот и с силой заставила выпить еще теплую, недавно сваренную эльфийскую настойку.

После того, как одна из многочисленных тайн Максима о его второй сущность перестала быть таковой, Анариэль сумела вычленить из памяти рецепт одного старинного зелья, которое эльфы правящей десятки использовали для коллективных трансов. Приняв его, Максиму впервые за много дней по-настоящему удалось уснуть, не прибегая к помощи медитации и не боясь того, что во сне его вторая сущность может вырваться в реальный мир.

Прошло немало времени, прежде чем молчаливая и замкнутая в себе Анариэль начала приходить в себя. Видимо она наконец сумела понять, как нужно относиться к Максиму и на свет все чаще и чаще вырывалась несломленная, жизнерадостная девушка, которая не умолкала ни на секунду. Наблюдая за ней, Максим даже осмелился признаться самому себе, что такая она нравиться ему куда больше, нежели замкнутой и подавленной.

Дни сменяли друг друга.