Младший брат дракона

Готов биться о заклад, что она с превеликим удовольствием предпочтёт принять мои ухаживания, нежели томиться в объятиях неловкого Гунвальда.

– Дилль, давай-ка лучше заканчивать ужин да спать ложиться, – сказал монах.

Дилль, уже сам себя убедивший в собственной значимости, в ответ только фыркнул и направился к Эрстану.

– Господин маг, – официально обратился он к нему, – не будете ли вы возражать, если я на некоторое время отлучусь. Я очень тревожусь за безопасность баронессы – хочу удостовериться, что с ней всё в порядке.

Эрстан с удивлением уставился на рыжего нахала.

– А-а, разве тебя приглашали? – сделал он ударение на слове "тебя".

Дилль подбоченился и уверенно ответил "ну, а кого ещё". Маг хмыкнул и махнул рукой, мол, иди. Дилль с гордым видом отправился к лестнице на второй этаж, по пути сказав Гунвальду:

– Учись у папы, сынок. Я бы тебя позвал с собой, чтобы ты поучился, как надо правильно обольщать женщин и заставлять их сходить с ума от страсти.

Монах и те, кто слышал слова рыжего пройдохи, захихикали. "Сынок" возмущённо засопел и пообещал отвернуть "папе" голову, когда тот вернётся. Дилль нарочито неторопливо поднялся по лестнице, осмотрелся в коридоре, нашёл комнату с нарисованным на двери номером три и, не стучась, вошёл. Дама сидела у окна и на вошедшего демонстративно не обращала внимания. Дилль глубоко вдохнул и приступил к обольщению, мастером которого по его же словам он был.

– О, прекрасная незнакомка, – начал он, – разрешите вашему верному слуге облобызать…

Чего там Дилль собирался лобызать осталось неизвестным для дамы, поскольку она, услышав голос вошедшего и убедившись, что он ничуть не напоминает собой могучего варвара, пронзительно завизжала.

– Караул! Грабят!

Дилль даже обернулся, подумав, что за его спиной кто-то стоит, и дама просто не поняла ситуации. Но позади Дилля никого не оказалось, а вновь повернувшись к баронессе, он получил сильный удар по лбу.

– Насилуют! – раздался новый крик женщины, а вслед за этим в Дилля полетело зеркальце в серебряной оправе.

Второй бросок баронессы был ещё удачнее, чем первый. Дилль схватился за разбитый нос, стрелой вылетел из комнаты и кубарем скатился по лестнице в общий зал.