Младший брат дракона

– Эй, дружище, ты как? – спросил у него Дилль, но охотник не обратил на вопрос ни малейшего внимания, продолжая перебирать нанизанные на кожаный шнурок когти и зубы.

– Похоже, сейчас он не ответит даже как его зовут, – заметил Герон. – Перепугался. Всё-таки не каждый день оживший мертвяк пытается тебе выесть мозг.

– Ладно, на берегу придёт в себя, – проворчал Дилль.

Однако, ни во время переправы, ни после выгрузки на берег Йура так и не пришёл в чувство. Когда первый переправившийся десяток драконоборцев расположился на пожелтевшей траве (и, на всякий случай, подальше от воды) охотник по-прежнему перебирал обереги и амулеты, что-то бормоча себе под нос.

Чтобы ждать остальных было веселее, Гунвальд развёл костёр, воспользовавшись замагиченным огнивом. Ещё в Тирогисе на занятиях Эрстан рассказывал про эту столь необходимую в походе штуку и, как оказалось, не соврал – огниво воспламенило сырые ветки так легко, словно это был высохший мох. Вскоре драконоборцы сидели у костра, делясь впечатлениями о коротком бое Гунвальда с упырем.

– Упырь – это ерунда, – наконец даже Гунвальду надоели хвальбы в свой адрес. – Я послушаю, что вы скажете, когда я прикончу дракона.

– Опять каршарец за своё, – хмыкнул заросший до самых глаз бородой уроженец Теока. – Неужели ты всё ещё веришь, что мы выживем?

– Да, дракон – это тебе не жалкий упокойник. У него один коготь больше, чем твой меч, Гунвальд, – бывший контрабандист Иннарих даже руки развёл, чтобы показать размер когтей дракона.

– И пламя ядовитое он выдыхает, – вздохнул Дилль. – Слышали, что маг рассказывал? В драконьем огне горит даже то, что гореть не может.

К этому времени паром привёз вторую партию драконоборцев и отправился за третьей. В суете и толчее, которая возникла на берегу после высадки лошадей и десяти человек, никто не обратил внимания на Йуру. А охотник снял с кожаного ремешка зачарованный амулет, швырнул его в костёр, замер, словно прислушиваясь к своим внутренним ощущениям, облегчённо выдохнул и решительно направился к лошадям.

– Всё, с меня хватит! Я уезжаю домой, а вы можете гибнуть, – громко сказал он.

Все удивлённо посмотрели на охотника – куда он собрался? Ведь каждому понятно, что через пару десятков минут он приползёт обратно с мольбами не наказывать его слишком сурово. Дилль обернулся на Йуру как раз в тот момент, когда тот уже схватился за луку седла.