Менестрель. Книга первая

Ничего сделать и никак повлиять на это событие не могу, потому что его я не вижу и не знаю, когда он на меня нападёт, если решит это сделать. Вполне возможно, что я не в его вкусе и питается он исключительно бородатыми сумасшедшими. То есть гражданами, очень похожими на монаха, который, сойдя с ума, отдал мне одежду, сучковатый дрын и, заставив держать руки в какой-то шипящей вазе, настоял на том, чтобы я говорил какую-то чушь про магов, и убежал в телепорт. Что характерно – невидимый барьер, который меня не пропускает, бородача без проблем пропустил.

Быстро скинул с себя вещи и, мысленно попросив помощи у всех богов, попробовал сделать шаг сквозь прозрачную пелену, но и этого сделать мне не удалось. Балахон, что дал мне бородач, упорно не хотел сниматься. Он словно бы был един со мной, приклеивался к моему телу в тот момент, как только я намеревался его с себя стянуть. Пробовал минут двадцать и, в конечном итоге, решил на это больше силы не тратить.

«То-то он прыгал от радости чуть ли не до неба, когда бежал к порталу вприпрыжку», – совершенно расстроился я, почувствовав всеми фибрами души, что попал в серьёзный переплёт.

Вполне возможно, что барьер не пропускает именно тех, на ком надето это одеяние.

Осмотрел свою палку – обычная полутораметровая палка ну или длинная дубинка. Сухая, чуть потрескавшаяся. В общем, ничего интересного.

«Так, с этим хотя и не ясно, но кое-что понятно. Как минимум, одна вещь явно заколдованная. Бред, конечно, ведь волшебства в нашем мире не существует, но факт есть факт – балахон несъёмный, а, значит, своим действием нарушает законы нашего мира. Впрочем, кто сказал, что я нахожусь именно в нашем мире? Судя по дереву-исполину, по «хищнику» и по телепортам, я где угодно, только не на Земле.

Хорошо. Думаем дальше. Итак, бородач передал мне вещи, а потом убежал. Где он это сделал? В корнях дерева».

Подошёл поближе к дереву. Медленно обошёл его, стараясь найти то место, где меня схватил монах. Пришлось заглядывать под каждый корень, но мои мучения не были напрасными. Под одним из корней увидел стоящую на подножке то ли вазу, то ли глубокую тарелку, то ли объёмный ковш, а, может быть, даже овальную пиалу.