Глазами волка

Ты что, собираешься пересидеть войну под каким-то холмом? Да ты ещё наивней тех, кто хочет пересидеть её за городскими стенами! Никуда не спрячешься от несчастий, потому что сам человек — сосуд надтреснутый! Зло, ненависть и война — всегда с человеком, они случаются не от того, что люди глупые или от того, что коварные скотоводы решили разграбить богатый город. Ярость живёт внутри каждого. Просто иногда у неё есть хороший повод, чтобы рвануть наружу. А значит, от войны не спрячешься в пещеру, как не спрячешься туда от голода.

Война приближается, она доберётся до каждого. И я, Арб, собираюсь встретить её во всеоружии!

Ихневмон задумался. Потом спросил:

— Про войну я усвоил... А вот скажите, бывают ли кони-оборотни? Ну, как кентавры?

— Если раньше и были, то уже ускакали.

На одной из поножей истёрся ремень. Арб взял шило и принялся его заменять.

— Можно я останусь с вами?— сказал Ихневмон.

— Зачем тебе это нужно?

— Сейчас сложное время. Люди делают глупости.

— Они всегда делают много глупостей.

Когда подрастёшь — убедишься.

— Я боюсь не дожить.

— Человек вообще смертен. В любом возрасте.

— Но если я буду следовать вам, мои шансы выше.

— Никто и ни за кем не может следовать,— ответил Арб, натирая шлем песком,— А если кто-то пытается, всегда получается дрянь и безумие. Скиф Анахарсис был умнее прочих, а тоже этого не избежал. Потому и погиб, что слишком за гераклейцами следовал.... Ой, что-то я опять школьную премудрость мелю. Я вот о чём сказать хотел. Когда война начнётся — а она и не прекращается — каждый должен быть на своём месте.

А чтобы быть на месте, надо его знать. Это моё место,— он кивнул бородой в сторону мраморных обломков, ослепительно-белых в полуденном солнце,— Если хочешь быть, как я — будь собой и ищи сам.

Ихневмон зашагал обратно к городу. У главных ворот стояло четверо стражников — вдвое больше, чем обычно. Но они узнали Ихневмона и пропустили его без лишних разговоров.

Глава 16. Тушите уксусом

48

— Победа! Победа!

Разбитые красношапочники исчезли с поля боя и растворились в городских закоулках.

Они оставили после себя брошенное оружие, пятна крови, множество брошенных колпаков — в отсветах огня они казались угольно-чёрными — и огромный, теперь уже бесполезный костёр.

Волки-победители окружили огонь. Они не могли успокоиться, подпрыгивали на задних лапах и зарывались носом в землю.

Наконец, Лик — в волчьем виде его юность была особенно заметна — задрал морду и принялся выть.