Глазами волка

— И в этом ты прав. Городские законы не запрещают скифам занимать должности, если они не выборные. А, например, стратегом может стать только полноправный горожанин.

— Понимаете, я — невриец. Я обучался войне, и стреляю из лука ещё лучше, чем Пандарий. Тот Пандарий, про которого трагедию сегодня ставили.

— Мы все прекрасно знаем, кто такой Пандарий.

— Этот Пандарий — великий герой, с этим я не спорю. Только вот, я в отличии от него, попал бы стрелой до конца. Даже из обычного лука. Богиня была бы довольна!.. Так вот — можно мне тоже какую-нибудь должность в городе?

За столом воцарилась тишина.

Евдокс отхлебнул из чаши, подумал и осведомился:

— А мне послужить ты не хочешь?

— Если надо, послужу,— ответил Лик,— Служба — обязанность воина. Но я бы лучше послужил городу. Негоже вас стеснять. Я юный, сильный. Зачем отбирать хлеб и воду у ваших рабов. Пусть меня кормит город!

— Нанять на городскую службу может только народное собрание,— сказал Евдокс,— Даже если ты хочешь быть простым всадником.

— Я не прошу коня! У меня и так есть лапы!

— Лик,— Маэс дотронулся до его руки,— Не надо про коня.

Эти люди не знают скифских обычаев.

— Да что про коня! Я про службу. Неужели вам не нужны солдаты? Война же скоро! Кто-то должен на ней погибнуть вместо вас, мирных жителей!

— Хороший силлогизм,— хозяину подали кувшин с оливковым маслом,— А что за война?

— Враги будут осаждать Херсонес. Как в трагедии, которую мы видели. Кстати, Маэс тоже думает, что война будет. Только он считает, что с меотийцами, а я — что со скифами.

Но это можно и совместить.

— Надеюсь,— сказал Евдокс,— вы не собираетесь начать эту войну сами.

— Да что тут говорить?— не выдержал Маэс.— Вам, всем вам, кто сидит за столом, всё и так ясно. Царь Меотии хочет захватить город. Царь скифов тоже хочет захватить город. А царь Понта хочет захватить всех. И его соглядатай сидит сейчас с нами за одним столом! Мы даже сейчас беспечны, нас можно ловить как кроликов! И это — позор! Херсонес — вольный город, и мы — свободные люди.

Живём без царей, демократически! И мне здесь нравится. Никто не может мне приказать, я никому не должен кланятся. Это сокровище, которого нигде не найти — ни на севере, ни на востоке, ни за южным морем! И мы должны сберечь это сокровище. Не интересно слушать меня — хотя бы моего друга послушайте!

Теперь смотрели все. Но не на Маэса — на хозяина. И ждали его слов.

— Маэс! Ты — человек смелый,— произнёс Евдокс,— Очень смелый. Но помни — ты живёшь в чужом городе.