Глазами волка

Я спланировал атаку правильно — поэтому мне повезло.

А сказал только:

— Чья победа?

— Наша,— ответил Маэс. Он тяжело дышал и тоже, как видно, не отошёл от сражения.

— Это уже хорошо. Близнецы живы?

— Близнецы герои! Даже обратно в человека не хотят.

— Это хорошо. Значит, я не зря выучил их имена.

— Как ты себя чувствуешь?

Лик посмотрел на ещё зыбкое утреннее небо.

— Надо защищаться,— продолжал он, с трудом шевеля пересохшими губами,— Они видели вспышку, они перекроют дороги.

— Не было. Они отошли почти сразу.

— Хорошо,— Лик поднялся и начал оглядываться. Он вдруг почувствовал, что не так уж сильно устал. Просто слишком много всего.

— Где Агра?— вдруг спросил он. Потом увидел, как помрачнело лицо друга и добавил:— Не говори, я понял.

Нет, всё-таки он устал. Ничего не может.

Ничего.

Ничего.

— Ты видел вспышку?— спросил Маэс,— Я, если что, успел разглядеть.

— Их убили не этим,— ответил Лик. Он пытался осмотреться, но словно никак не мог понять, что видит,— То, что я видел — на одного человека. Они… если они придут, нам конец.

— Нам не конец. Смотри, корабли!— Маэс схватил друга за плечо и развернул к морю.

Три чёрных корабля покачивались на серебряной глади.

— Херсонес прислал флот!— крикнул Маэс ему в ухо.— Мы сможем уйти морем!

— Это хорошо,— отозвался Лик. Странно, но он не мог даже радоваться. Только стоять. Может быть, ходить. Метаморфоза, пожалуй, получится. Волком было бы легче. Волкам вообще легче. Живёшь себе в норе, и не надо ничего решать….

— Для нас хорошо,— Маэс тоже смотрел на корабли,— Но не для Херсонеса. Палак ищет войны. А это готовый повод.

Лик махнул рукой.

— Хватит политики! Это ничего не значит.

— А то, что война начинается — это тоже ничего не значит?

— Вот и отлично,— Лик кивнул и тряхнул головой, чтобы унять головокружение,— Будет война. Будут нужны наёмники. А мы и есть наёмники. Ни на что больше мы с тобой не годимся. Значит, для нас — всё хорошо.