Глазами волка

— Женщины нам нужны,— угрюмо отозвался привратник.

Лик чуть не задохнулся от возмущения:

— Вы что, потерпеть не можете? Как только после метаморфозы язык начинает нормально двигаться — сразу о женщинах начинаете! У нас что, проблем других нет, кроме недостатка женской ласки?

— А у вас самих было?

— У меня проблем полно.

— Я про женскую ласку.

Юный невриец потупил глаза.

— Я вам врать не буду,— пробормотал он,— В общем... Это не важно. Всё!

— Вы глаза не прячьте, а то уважать перестанут,— посоветовал старший невриец,— Нам, если что, всё равно, с кем и что у вас было.

За образ жизни наказывать не положено. И терпеть мы можем, не умрём. Евнухи – они вообще всю жизнь терпят. Просто поймите – толпа мужиков без женщин и рабов быстро начнёт гнобить друг друга. Как в большой семье без мамы и слуг – старший брат лупит младшего, а отец лупит всех…

— Что я должен для вас сделать?— Лик по-прежнему смотрел в землю.

— Вы сами сказали,— ответил привратник,— Нам нужна победа.

Лик задумался. Мысли ползли медленно, словно сквозь патоку.

— Значит, драться должен я,— произнёс юный невриец.

— Это ваше решение, командир.

— Хорошо. Ладно. Передай всем, что я буду драться..

— Никто и не сомневался в вашем решении.

— Когда этот тавр меня убьёт, вместо меня будет Маэс. Агру верните, но никакого подчинения. Вы остаётесь свободной стаей.

— Этого не будет,— всё тем же голосом ответил Анасагор.

Лик чуть не задохнулся повторно.

— Это ещё почему не будет?

— Потому что Маэс не сможет нами командовать. Он лучше всех нас.

У него было всё – слава, женщины. Поэтому ему все до сих пор завидуют. Вы просто молодой ещё, не видели, как это бывает. Его убьют на второй день после избрания, чтобы в первый клятву не нарушать.

— Почему? Разве он плох?

— Он лучше всех вместе взятых. Раз лучше, пусть сам и воюет. А ребята его не потерпят. Воевать — это не речи говорить, тут один раз ошибся — и ужё мёртвый. Возьмут коровью шкуру, замотают…

— Хватит! Я вам приказываю!

— Когда Маэс попытается нами командовать, все приказы сразу станут, как ветер.

Вроде были – а вот уже сдуло.

— И… что я должен теперь для вас делать?

— Выйти на поединок. И победить. Вы же наш стретег… то есть вожак. Не забывайте об этом.

Глава 20. Поединок на рассвете

64

— Это точно кедровая?— спросил Лик.

Анасагор кивнул и положил ветку у его ног. Ветка была здоровенная, толщиной с руку ребёнка.

Лик поднял её и принялся очищать её от веток бронзовым ножом. Нож был ритуальный, с дугами на рукояти.