На вершине бездны

Раздался низкий скрежет трущихся камней, и гранитная плита, преграждающая вход в пирамиду, медленно опустилась.

— Я чёртов гений! — восторженно заорал Барзола, оскалив в пугающей улыбке свои конские зубы.

— Заткнись, капитан! — зашипел на него Кобылин и прислушался. — Эй вы! Зажигайте факелы и шагайте внутрь, — зыркнув на двоих отдельно стоящих солдат, скомандовал комиссар.

Солдаты нехотя и недовольно подчинились. Запалив факелы, вооружённая процессия двинулась внутрь. Последними в пирамиду вошли командиры. Вспотевшая от волнения рука Кобылина нервно легла на кобуру.

Откуда-то снизу морозом по коже доносилось чьё-то негромкое пение. Странные звуки всколыхнули в комиссаре далёкие картинки из детства: старую сельскую церковь и поповское отпевание покойного. А затем наружу полезли и совсем недавние воспоминания. Вспомнил он своё последнее посещение храма. В тот день после боя остатки раненых и обречённых белогвардейцев стояли на коленях и молились рядом с поющим псалмы священником. Кобылин по-хозяйски вошёл внутрь и, вскинув наган, выстрелил священнику в живот. Раненых прямо в церкви, по отмашке комиссара, бойцы закололи штыками.

Глава 37

Глава 37

Стеклянный купол «Белого дворца» под лучами полуденного солнца заливал просторные залы теплом и светом. Щурясь от солнечного зайчика, Карим улыбнулся и прикрыл глаза рукой.

— Зажмурился? — подпрыгнув от радости, по-детски засмеялась Читана, убирая за спину маленькое зеркало.

— Это не от солнца, — покачивая головой, произнёс Карим.

— А от чего? — спросила девушка и приблизилась к Кариму, порхая, как маленький мотылёк.

— От твоей улыбки, — обхватив Читану рукой и отрывая её от земли, произнёс Карим.

— Поставь меня сейчас же! — засмеялась девушка.

— Ну уж нет, — ответил Карим и, закинув её на плечо, направился к окну.

Посадив девушку на широкий каменный подоконник, ассасин выглянул во двор. Снующие внизу белые воины занимались ремонтом лестниц и укрепляли пострадавшие при осаде замка ворота.

— Здесь столько дверей, — осматривая огромный круглый зал, произнёс Карим.

— Что за ними скрывается?

— Ну, за многими ты уже бывал, а за теми, что не был, порой встречаются странные вещи. Например, за одной из них есть темнота — такая тёмная, что ни огонь, ни лучи солнца не могут её осветить. А за другой — тишина и бесконечный сизый туман. Войдя в неё, ты больше не слышишь звуков внешнего мира, только бесконечную звенящую тишину. Многих этих комнат я боюсь и никогда туда не хожу. Я люблю только сад.