Разочарование. Пятый пояс

Глаза уже вполне свыклись с сиянием силы и я уже видел, что лежит на столе.

Вытянутой формы сизая штука, больше всего напоминающая селезёнку или ещё что-то из потрохов.

А потроха никогда не славились тем, что могут долго храниться. Свежесть она быстро уходит, а сколько раз эту штуку уже доставали из кисетов и колец, пытаясь накрошить? Видно, что один кусок даже сумели отрезать, потому-то, кстати, и эта штука так сильно истекает силой — нарушена оболочка.

Ладно, переживу. Обойдусь и большой свечой, что отмеряет время.

Это не так уж и мало.

Шагнул ближе, окружил себя змеями воды, сделал ещё шаг и с изумлением увидел, как самые дальние змеи расплылись на ленты, истаивая без следа и оставляя вместо себя пустоту, словно сферу моей стихийной защиты откусили или обрезали.

Это что, чужая стихия так сильна, что пожирает она, а не её? Или мои змеи всё ещё тупые-тупые?

Я чуть наклонил голову и приказал.

Пожирайте!

С тем же результатом.

Первых змей словно пожрали самих, распустив на ленты.

Повинуясь мне, змеи отскочили, закружились вплотную ко мне, слипаясь друг с другом и становясь всё больше и больше.

Пять огромных змей распахнули свои пасти и рванули вперёд спустя десять вдохов.

Четыре из них пали в схватке с чужой стихией, пятая же не только осталась цела, но отыграла мне шаг и снова выгнула сферу защиты, возвращая ей идеальную форму. Но равноценен ли был обмен?

Точно нет.

Но это лишь пока. Лишь пока. Мерная свеча у Пиатрия только начала гореть.

Я предвкушающе оскалился, не хуже своего змея воды.

Эта схватка только начинается. Молнии здесь никудышные, а вот потроха у тварей — ого-го. Если это кусок от Зверя Предводителя, пусть даже и пикового, то мне предстоит ещё длинный путь. Но пусть даже я опустошу сегодня стихийное средоточие, если его удастся обменять на новый уровень познания стихии — оно того стоит. Больше того — это даже очень дёшево.

Вышло даже лучше. Почти всю свою стихию я потратил, делая шаг за шагом. Думаю, если бы я делал это быстро, пытаясь лишь защищаться, то мне хватило бы её запаса дойти до стола и нарезать железу.

Но мне ведь нужно было больше.

Я, наконец, ухватил нож и сделал первый разрез. Крохотный, лишь намечая для себя линию разреза, которая отсечёт первый из девяти кусков.

Полыхнуло, заставив меня прищуриться, а следом и дёрнуться от боли.

Змей, что плавал передо мной — истекал голубым дымом из разрубленного бока. По моей же щеке...

Я мазнул свободной рукой — текла кровь.