Разочарование. Пятый пояс

Что, если я ошибался? Что, если жетон ничуть не изменился, не улучшился, не открыл мне новых возможностей, а составная техника в жетоне получилась лишь потому, что так могли делать Древние и вложили это в свои обучалки, одну из которых я называю своим жетоном?

Музыкантка мягко закончила мелодию, заставив её стихнуть едва уловимыми раскатами и переборами, встала, с поклоном протянула мне цинь обратно, зная, что после схваток я всегда играю сам, разучивая новую мелодию.

Но схватки не окончены, и я не спешил принимать цинь.

Какая интересная мысль. Возможно, кстати, что причина моих неудач в освоении новых мелодий циня тоже лежит в этом. Жетон может помочь лишь на начальных порах любого навыка и умения, а вот вершины нужно познавать самому и по-настоящему, тратя на это многие дни.

Цинь я так и не принял, музыкантка так и играла всю мою тренировку в жетоне, а едва солнце поднялось над городом Ян, как я двинул во двор. Теперь я жил во внутреннем дворе, за алхимической лавкой и знал, что Пиатрий, пусть и увлечён мастерской и лекарским домом, не забывает и о Возвышении.

Едва всходило солнце, как он выходит сюда, под развесистую катальпу и медитирует, раскрывая узлы. Ну, или пытается проломить первую преграду, в которую упёрся. Таких тонкостей я, разумеется, не знаю.

— О, собрат Орзуф, ты решил присоединиться ко мне или же у тебя ко мне дело?

Сразу всё понял многоопытный Пиатрий. Я улыбнулся и приветствовал его:

— Доброе утро, — тут же признался. — Прости, собрат, но это действительно дело. На Поле я наткнулся на поляну редких трав и хотел бы сбыть их через тебя.

— Я не против, — отмахнулся тот, — это обычное дело для тех, кто работает на меня. Бывает, даже троюродных племянников приводят, просят принять их травы. Многим, конечно, я отказываю, но ты не многие, собрат Орзуф.

— Спасибо, собрат Пиатрий.

— Но ты же простишь меня, если я поручу тебя рукам моего приказчика? Сам я давно не слежу за ценами на большую часть ингредиентов, а он теперь не посмеет обмануть тебя.

— Конечно, собрат Пиатрий, я не буду отвлекать тебя от медитации.

А вот приказчика пришлось будить, и радости ему это не добавило, но мне какое дело до его страданий? Я просто выкладывал ему на стол травы, связанные в пучки, он их взвешивал, записывал именования и говорил цену.

Чаще всего я просто кивал и выкладывал следующую, хотя трижды с ценой на редкие травы не согласился, и приказчик хмуро обещал решить этот вопрос с самим Пиатрием.

Всё прошло быстро, гораздо быстрей, чем я ожидал.