Разочарование. Пятый пояс

Третий Бер скалит огромные клыки, ныряет мне в ноги, пытаясь схватить и повалить. Я прыгаю навстречу, только сильней, выше, чтобы...

Ловушка. Простейшая ловушка, в которую я влетел раньше, чем уловил жар опасности.

Да, мои противники лишь тени самих себя, жалкие подделки, но это не делает их ни слабыми, ни глупыми. Вот же — сумели спрятать истинные намерения в череде обманных движений, действуют сообща.

Меня сшибло тушей первого Бера, снесло в сторону, обожгло болью от распарывающих моё тело когтей.

Цинь зазвенел, застонал, словно у него порвалась струна.

Бер полетел в одну сторону, я, разбрызгивая кровь из ран, в другую, удар второго Бера, который должен был снести мне голову, пришёлся в пустоту.

Я приземлился, крутнулся на месте в тот краткий миг, когда непрерывно используемая Поступь ещё не успела толкнуть моё тело в новом шаге, задал направление и рванул обратно к Берам.

Рванул всё так же безоружным, не используя ни меч, ни Молот, ни Коготь.

Сейчас тренировка только на Поступь, только на движение.

И то, что меня так легко задели в самом начале тренировки, для меня означает лишь ещё три повторения схватки сверху. Как наказание.

А цинь гремел, звенел и ярился.

Злился и я.

Какая это по счёту тренировка движения? Двухсотая? Время в жетоне тянется очень медленно, выгодно размениваясь с настоящим временем, эта ночь уже не первая.

А его не было. Причём я уже сталкивался с таким, я уже знал, что познать техники в жетоне невозможно, но считал, что теперь всё будет по-другому. А почему я так считал? Да потому что в городе Жуков сумел в жетоне использовать составную технику. Использовать один, поэтому.

А что поэтому? Поэтому я посчитал, что всё изменилось? Что теперь не времена Приюта, что я вырос, стал сильней и сильней стал мой жетон?

Вот я вижу, что это не так. Что в Приюте я не мог познать техники в жетоне, что в городе Ян я не могу этого сделать, хотя пытаюсь уже вторую ночь.

Мгновение, короткий жест, и рвущиеся ко мне Предводители исчезли. Я опустил взгляд на пыльный камень под ногами и задумался.