Путь Героя. Книга вторая: Игры богов

Я могу вернуться домой, наплевав на титул Героя, на те обязанности и ответственность, что он налагает, и вернусь к размеренной, простой жизни в кругу семьи, с Олей рядышком, работой, может быть, кредитами, ипотекой и всеми теми проблемами, что привык решать современный человек.

Но что тогда будет с этим миром? Мне неоднократно говорили, что героев тут не хватает, и став одним из них, имею ли я право всё бросить и сбежать?

Сколько пользы я принесу своему миру, вернувшись обратно, и сколько этому, если останусь?

В какой-то момент, я почувствовал единение с целым светом.

Вряд ли в моём мире всего этого меньше – скорее наоборот. Но реально, в данный момент, больше пользы я принесу этому миру и Арвазу, если останусь. И когда ситуация более-менее выправится, и получив, своего рода, тренировку, прямой опыт, по помощи целому миру, я смогу вернуться и сделать то же самое для своих родных и близких, для всего того мира, в котором я родился.

Я принял решение, и как только это произошло, через меня из пола выстрелил целый столб силы. Он пронзил меня насквозь и ушёл через макушку куда-то в космос. Тело перестало быть значимым и застыло в неподвижности.

Низший ум успокоился и замер.

Высший ум проявился и безмолвно стал наблюдать.

Я менялся. Моё естество, мои манатоки, источник и резервуар маны перестраивались, преобразовывались, становились мощнее, шире и больше…

Я принял решение о помощи этому миру.

Сила откликнулась на мои мысли, на моё решение и мягко растеклась по всему телу, словно впитываясь в ткани, кости и связки. После чего ощущение потока постепенно угасло.

Я открыл глаза и, сориентировавшись, пополз наружу.

Когда я выбрался, солнечный свет, пустынный сухой ветер, гонявший песок, и водная прохлада от озера были такими сладостными, что я на несколько секунд забылся, прикрыв глаза и просто наслаждаясь всем этим.

- Меджай! – громко прошептал Масул. Я открыл глаза, посмотрел на него и усмехнулся.

Обратный путь занял меньше времени. Наши кавагуры бежали быстрее и дольше, чем на пути к Оазису. Я же ни на что не отвлекался, погрузившись в свои новые ощущения от единения с миром. Оно было схоже с ощущением от Пространства, но имело свой оттенок. Пространство было везде и всюду, а мир был, всё же, ограничен.