Гарпия

Дома по обеим сторонам деревянной мостовой словно бы пригнулись и замерли, надеясь, что их не заметят и пройдут мимо. За прошедшие дни я был здесь уже четвёртый раз, но сейчас в окружающем пейзаже что-то было не так.

На всякий случай я прошёл несколько шагов в противоположную от складов сторону, малодушно ожидая, что, быть может, тупичок с одинокой лестницей всё-таки окажется на месте и нам не придётся шагать в объятия кромсающей смерти.

Но ничто не изменилось: «Закрыто и…» как будто бы стояло здесь всегда.

Я снова присоединился к братьям, и мы продолжили молчаливое шествие. Постоянно меняющееся освещение оживляло чёрные коробки складов, выглядевшие сейчас совсем неуютными и пустыми. Пугающими. Нет-нет, вера моя крепка, а это всё чёртово наваждение, ведьмина магия и Намус Грод со своими рассуждениями про приманку. Я же излазил этот район вдоль и поперёк и ничего, жив остался. Это, конечно, было днём, но разве это что меняет?

Тем временем я узнал дверь, под которой была обнаружена третья жертва — вор, как его там… А, неважно.

Задержался, оглядевшись на всякий случай, сориентировался, мысленно представив перед внутренним взором карту складского квартала, и махнул Ютеру в сторону узкого прохода между чёрными силуэтами складов. На той его стороне я вчера уплетал свежую выпечку…

Неожиданно нарушив окружающую тишину, напряжённую, выжидающую, прямо под ноги выбежала здоровенная крыса. Не только мои нервы, как оказалось, были вытянуты в струну: передо мной напарник мгновенно выхватил клинок, а за спиной со злобным шипением выскользнули мечи двоих «светлячков».

Мой-то уже, как оказалось, был в руке.

Я сплюнул:

— Клятая крыса.

— Сильна! Четырёх мужиков до усрачки напугала.

Это были первые слова, произнесённые нами с тех пор, как мы свернули с площади.

И последние: сначала между мной и Ютером с чавканьем шлёпнулась ещё одна крыса, на этот раз дохлая, и в следующий момент на моего напарника обрушилось нечто, что я бы при всём желании не смог отнести к представителю рода человеческого.

Из раздавленного горла Ютера вырвался хрип, перешедший в омерзительное хлюпанье.

Мелькнула на мгновение в небе луна, осветив бесформенное существо передо мной: я успел только заметить какие-то длинные серые узловатые конечности, малюсенькую голову с красными глазёнками и редкие пучки перьев, торчащие отовсюду. И клюв. Огромный, со множеством окровавленных зубов: толстых и тонких, но, несомненно, острых.