Десять тысяч стилей. Книга третья

Махус, Рори, Шапур, – кивнул Моро.

– Хо-хо, Махус? Чего это он тут застрял? – удивился Ливий. Его друг уже давно должен был быть впереди.

– Думаю, ты сам все поймешь, – с грустью в голосе сказал Моро. – Идем.

Ливий хорошо знал только дорогу от своей комнаты до лазарета, больше он никуда не ходил. Моро повел его в неизвестное место. Спустя несколько коридоров и переходов, парни оказались возле своего рода крытой улицы, по двум сторонам которой примостились разные заведения.

– Что-то вроде местной торговой улицы, – пояснил Моро, видя, что Ливий осматривается.

Здесь было немноголюдно. Улица находилась внутри здания, места было мало. Все заведения выглядели достаточно скромно: не было ни большущих вывесок, ни ярких надписей.

Моро повел Ливия в заведение с табличкой в виде пивной кружки. Было очевидно, что это за место. Внутри было человек пять, все они сидели за разными столиками, утупившись в одну точку и медленно поглощая алкоголь.

– Да уж, веселая обстановка.

А в углу комнаты сидел Махус. Лицо друга было опухшим, да и оттенок кожи обрел нездоровую синеву. Махус поднес ко рту стакан, наполненный крепким алкоголем, и опрокинул содержимое в себя. Руки у него сильно тряслись.

– Что с ним? – удивился Ливий.

– Запойный пьяница, – пожал плечами Моро.

«Быть не может».

Человек, который идет по пути боевых искусств, имеет очень выносливый организм. Чтобы опьянеть, ему нужно выпить в разы больше, чем обычному человеку.

– Чего он так? – спросил Ливий тихо.

– Ну, когда ты почти умер, он начал пить. Из-за этого Махус не может пройти испытания Школы Трех Замков – слишком много демонов в его голове. Вот и пьет день за днем, – сказал Моро.

Ливий понимал, что он не виноват в этом, но ему стало стыдно. Друг так сильно волновался за него, что дошел до такого состояния.

«Надо исправлять», – подумал Волк.

– Махус.

Друг поднял глаза. Несколько секунд Махус будто бы смотрел сквозь Ливия, а потом алкоголь резко улетучился из его головы.

– Ливий!

Махус вскочил и обнял товарища, Ливий ответил тем же. Тело немного ныло от сильных объятий, но парню было плевать. Для него Махус был самым близким человеком, тем, с кем он прошел через многое.

– Садись. Водочки? – спросил товарищ.

– Нет, мне нельзя, – мотнул головой Ливий.