Альтея: Полое Солнце (Книга I)

Девушка смогла наконец умыться, а Себастьян напиться.

— Эйе, — присвистнул южанин, — ну и жара этим летом. Того глядишь усё пересохнет.

Лирия покачала головой:

— Слушайте, старик явно движется вдоль побережья, где-то в Беломорье, к дельте реки. Только с какой целью?

Джон вытер ножны платком:

— Ничего не понятно, — буркнул он в процессе, затянув заплечный ремень ножен. — Ничего не складывается.

— А чаго вы ожидали? — вопросил Себастьян. — Чокнутый он и на Фарсусе чокнутый! Очевидно, старик начитался легенд о Маттоне и прочих героях, решил устроить нам, мать его, приключение.

— Погодите, — опешила Лирия. — Но ведь ритуал с руной, стрижи-культисты, похищение и моя подвеска — всё это явно…

— Хватит! — прервал её Миллард, моментально вернувшись к холодному тону:

— Катитесь на все четыре стороны. К черту эти хитросплетения.

— Так бы сразу! Мир, — выдохнул мистерианец, натянув фальшивую улыбку на худощавое лицо.

— Вот как, — держа в ладони пульсирующий лазурью кристалл нахмурилась девушка, — вы отмахнетесь от старика, околдовавшего вас без ведома? Где ваша честь, варвары?!

— Я, госпожа Лирия из Иллариота, — сказал наёмник с выдержкой солдата.

Лирия поднялась, гневно глядя на землянина: «Всё равно собиралась бежать от них!».

— На провинциальных трактах, — поднялся Джон, — случается всякое.

— Раболепные селюки, — сказала она вместо прощания.

— Тебя тоже пусть благословит Аркана, м`леди, — съехидничал Себастьян.

Оттионский плут и головорез землянин ненароком переглянулись. Их взгляды были весьма многозначительными. Рукопожатия не потребовалось. Миллард лишь хмыкнул и засеменил прочь, в траву.

— Рад был познакомиться, — кивнул Лирии Себастьян, скрывшись в тени яблони.

Девушка крепче сжала пальцы на фамильной реликвии. «Пусть расходятся, трусы! Я от своей цели не отступлюсь! Эллария не один день строилась», — вспомнила она велларийскую поговорку.

Лирия дернула смоляными волосами и направилась восвояси. На поиски старика.

***

Первое инстинктивное желание — мстить.

***

По лесу меж вездесущих лип, присвистывая, шёл Себастьян.

Как таковой дороги у него не было.