Альтея: Полое Солнце (Книга I)

Она стрельнула в него гневным взглядом:

— Убери свои лапы, teralius! Какая разница кто я?! Важно то, как я здесь оказалась!

— На это я ответить не смогу, — боров стукнул себя по шлему, — я и сам ничерта не помню о прошлой ночи. Вид у тебя… ты мне не нравишься.

— О, это взаимно, — процедила она сквозь зубы.

— Мне эт тожить не нравится, — послышался заспанный голос из-за груды камней.

Джон поспешил обернуться.

***

Лирия поглядела на очередного незнакомца. В этот раз мистерианца. Он лежал на третьем краю загадочной многоугольной руны и, судя по всему, едва просыпался.

«Ещё один варвар», — подумала девушка. Ей было хорошо известно, на какие злодеяния способны мистерианцы.

Но вооруженный землянин пугал её больше.

— Сиди здесь, — наказал ей здоровяк.

«Не пристало мне слушать всяких бандитов», — однако перечить безумцу Лирия не стала.

Землянин принялся тормошить мистерианца. Это был смуглый юноша. Худой и моложавый. На вид южанин, обитатель оттионских вершин. Одет в белую рубаху с острыми воротничками, поверх которой он носил жилет на завязках из выгоревшего зелёного сукна со старыми кожаными заплатками.

Несмотря на всю нелюбовь Лирии к мистерианцам, этот выглядел куда более прилично, нежели тот вонючий земной головорез, что набросился на неё!

— Поднимайся, — ревел громила.

Девушка постаралась найти позитивные стороны ситуации: «Хотя бы не придется будить его самой», — она любила, когда всю работу делали за неё.

«Если удеру сейчас — не догонят, — подумала велларийка, — но где, как не здесь, я смогу узнать, что, во имя Луны, со мной сотворили эти варвары?».

Тем временем южанин очнулся:

— Гистова мать, не убивайте! — спросонья завопил он здоровяку. — Я усё верну чес-слово!

Землянин оставался непоколебим, словно статуя:

— Ты это сотворил, колдунишка? — подтащил тот мистерианца к руне.

Голос мечника был всё время холоден, как у маньяка.

— Хватит бросаться на всех, наёмник! — вступилась Лирия.

— Я тебе не наёмник.

В этот момент взгляд южанина остановился на велларийке.

— Эйе, серокожая, — пробормотал мистерианец, а потом зароптал:

— Ежели дело касается личного характера, то я могу возместить любую девичью невинность, клянусь Арканой! Ей-бо, не знаю, чаго на меня нашло, инопланетцы не в моём вкусе.