Первый ученик

Ты, кажется, спрашивал про шрам?

– Его девка так приласкала? – процедил Вларон, он бы точно не позволил бабе поднять на себя руку.

– Это она вас пометила? – перефразировал вопрос Макс.

– Спятил? Это я в детстве у бабки в деревне на цапку налетел.

– Но все думали…

– Все думали то, что я им позволял. Драка с корпусом звучит весомее, чем садовая тяпка.

– А девушка?

– Девушка мертва, как ты, наверное, заметил, – призрак посмотрел прямо на Гроша и отступил назад во тьму, мужчина подхватил изувеченный стул и вышел в коридор.

– Идем, надо искать выход.

Макса вырвало. Тилиф счел это положительным ответом.

До тринадцатой площадки дошли минут за пятнадцать, если судить по светящимся стрелкам на часах Шрама. Пятнадцать минут головокружения, размытых контуров стен, лучей фонаря и мерного перестука самодельного костыля.

Несчастливая тринадцатая шахта на вид ничем не отличалась от шестой. Вытянутый зал с вырубленными, уходящими вниз колодцами на этот раз без оборудования. Обычные дыры, в которые так просто провалиться в темноте.

– Крайняя правая выработка, – указал рукой Тилиф. – Один уровень вниз, ход уходит влево, но почти сразу раздваивается. Нужен правый, по нему около тысячи метров до решетки слива, и… – мужчина нахмурился и повернулся вправо.

Макс машинально направил туда фонарь. В круг света попала все та же (успевшая надоесть) коричневая порода.

– Крысиная нора для крыс, – раздался голос Вларона за спиной.

– Да пошла ты! – рявкнул Шрам, продолжая смотреть на стену.

И все бы ничего, но Макс ощущал хвост Раимова чуть позади.

Призрак все еще был в квадратном туннеле, не рискуя приближаться.

– Полезли, сынок, – Вларон хлопнул парня по плечу. – Сдохнем вместе! Надо только мать твою захватить, ну ничего я потом за ней схожу.

Грош развернулся, даже не задумываясь о том, что делает, едва осознавая, как сила собирается на кончиках пальцев, оставляя после себя резкий запах озона.

Модификация «игла» чрезвычайно опасна для всех блуждающих. При помощи нее уничтожают призраков, энергия проникает к сути вернувшихся, к тому, что осталось от их личности, и разрушает ее.

Стереть призрака в одиночку можно, но это сравнимо с толканием цистерны. С места, может, и сдвинешь, но надорвешься от усилия. Всем псионникам, совершившим такое, пришлось отлеживаться в больнице с истощением. Призраков уничтожают целой командой стирателей, палачей мертвых душ.

Но сейчас Макса это не заботило. Картинка в очередной раз потеряла четкость и накренилась.