Первый ученик

– Охренеть, – голос Кузнецова вырвал его из бесконечной чехарды вопросов и ответов.

Макс поднял голову от листка. Оказалось, парни стоят возле окна, а девчонки тревожно переглядываются. Карачаева начала подниматься со своего места.

– Он же его убьет, – недоверчиво сказал молчун Кузнецов и вдруг бросился к двери.

За ним Дан и Леха, на ходу крикнув Грошу:

– Темыч сцепился с кем-то из старшекурсников.

– Вернитесь на свои места, – повысила голос преподша, но ее уже никто не слушал.

В одном предложении были произнесены несовместимые слова.

Самарский сцепился со старшекурсником. Самарский, который всегда соблюдал субординацию. Отличник, не получавший взысканий со дня поступления, устроил драку.

Рядом с тренировочной площадкой собралось уже пол-лагеря. У каждого второго в руке был телефон. Словно в мертвые века они пришли поглазеть, как будет литься кровь. Макс тряхнул головой, что-то его во мрачное фэнтези потянуло. Обычная драка, даже не особо кровавая.

– Спорим, старшекурсник его сделает, – сразу предложил Игроков.

– Он меня-то не сделал, куда ему до Самарского, – отозвался Грош, наблюдая, как Артем впечатывает колено в живот бритому Шарову.

– Из-за чего сыр-бор? – спросил Тимирязев.

– Шар о Лисе что-то брякнул, – ответил ему стоящий неподалеку Шпала. – Вроде девчонка оказалась воровкой. Или что-то еще.

Старшекурсник перекинул Артема через плечо и впечатал лицом в землю. В толпе загомонили, подначивая или ругая. Но отличник рывком высвободился и тут пнул противника в колено.

Кто-то из зрителей вскрикнул. Шаров повалился рядом, Артем навалился сверху и ударил: раз, второй, третий, превращая лицо в кровавую маску.

– Идиоты, – раздался голос, и к парням, растолкав зрителей, выбежал физрук Альберт, молодой мужик (старше студентов максимум лет на пять), от того звать его по отчеству не поворачивался язык. – Прекратить!

Мужик подскочил к отличнику и, заломив ему руки за спину, стащил с Шарова. Артем не сопротивлялся, разом утратив всякий интерес к противнику, сплевывающему кровь на землю.

Скоро старшему Самарскому опять придется раскошелиться на компенсацию.

К Шарову тут же подскочили двое: Гареев и Иванов. Грош узнал «художников».

– Блин, из-за какой-то… – Иванов замолчал, поймав взгляд Артема.

– Самарский, марш в корпус, – скомандовал Альберт, отпуская отличника и делая шаг к старшекурснику.

– В корпус? И все? – высказался Гореев. – Из-за того, что у них полгруппы пропало, остальным теперь все можно, да? Все их жалеют.