Повесть о последних зеркалах

***

Пообедав, Ульф собрал все пожитки в подседельные сумки и путь, наконец, продолжился. Талия укрылась найденным в лагере походным плащом, от чего при въезде в очередную деревню не вызывала большого внимания. Пока Ульф занимался поиском ночлега, девушка занимательно наблюдала за похождениями Освальда. Каждый день пса был наполнен новыми открытиями и чудесами, и княжна по-доброму и с умилением завидовала ему.

- Тёть, а тёть? – К Талии подошли трое осторожных мальчишек. И, подавив скрип возмущения из глубины души, девушка приветливо улыбнулась им.

- А как коня зовут?

- А почему он белый?

- А он волшебный?

- А можно погладить?

Видя, что странная спутница доброжелательно общается с их друзьями, детвора быстро набежала к ней. Талия с удивлением для себя отметила, как приятно может быть простое общение.

Постой нашелся быстро. Жители указали Ульфу на пустующую, ветхую избу с дырявой крышей. Кажется, что весь дом держался только за счет кирпичной печи, сложенной в его центре. Уже многие месяцы здесь хозяйничали лишь насекомые.

Талия вошла внутрь, сдерживаясь от желания прибраться внутри с помощью магии. Скрипучий пол порос мхом и грибами; ставни на окнах давно выпали, отчего внутри гулял сквозняк; паутина больше походила на занавески, чем на незаметные ловушки.

Ульф подошел к стене и с силой пихнул ее ногой. Труха осыпалась внутри бревен, но стена устояла.

- Ладно. Ночь устоит. – Он открыл заслонку печи и выгреб старые угли. – Может и больше. Мы не спешим никуда. Набирайся сил.

Талия сглотнула неприязнь к этому дому.

Когда с улицы уже не доносилось звуков, кроме сверчков, печь во всю согревала дом. Пока Талия воевала с паутиной, Ульф успел прикрыть самые большие дыры в крыше, подпереть дряхлую мебель, натаскать дров и соломы.

- Сегодня без ужина. – Заявил он, садясь на скамью и откидываясь к стене.

Талия не возражала. Она с удивлением обнаружила, что Ульф так и уснул, сидя у стены. А она? Девушка возмущенно окинула убранство. Ни коек, ни кроватей… Она вдруг вспомнила, что простолюдины спят на печах. Осмотрев теплушку, Талия с досадой поняла, что прежде ее нужно застелить соломой.

Притворяясь спящим, Ульф наблюдал сквозь приоткрытый глаз, как неуклюже девушка справляется с этой задачей.