Вусмиор. По ту сторону барьера

Но, обернувшись со стаканом в руке к своей гостье, Аллард удивлено увидел, как та лишь задумчиво рассматривает широкую кровать, сокрытую в нише комнаты.

- Что будет дальше? – в лоб спросила Сай. – Споишь меня? Или возьмешь силой?

- Звучит как вызов, - рассмеялся Рейн, не ожидая столь резкого поворота разговора, но затем его голос жестче. – Впрочем, я могу сделать так, как посчитаю нужным.

- Ну, рискни, если кишка не тонка, - отрезала Сай, сперва телекинезом вырвав стакан с виски из руки генерала, а потом и его залпом осушив.

Алларда заводили эти игры в кошки-мышки, но даже после нескольких порций крепкого напитка он все еще отдавал себе отчет в происходящем, хотя флер Кэсси, которым была окутана Сай, определенно путал ему все мысли.

- Ты знаешь, кто я? – отбросив формальности, спросил Рейн.

Сай склонила голову, прищурившись, словно всерьез размышляла над ответом. Аллард уже приготовился разочароваться и подловить ее на лжи, как вдруг девушка закатила глаза.

- Да ну брось, - презрительно фыркнула она.

Рейн не смог сдержаться и рассмеялся в голос. Сложно найти в Амхельне того, кто не знал его или Равена Галбрейта. С одной стороны, это нравилось самому Алларду, он всегда стремился к тому, чтобы его боялись, выполняя беспрекословно любой приказ или же умирая от его меча или теней. С другой, ему было совершенно непривычно, что кого-то совсем незнакомого не пугало его имя и должность.

- Я знаю таких типов, как ты, - в этот раз Сай пробежалась по Рейну оценивающим взглядом. – При виде тебя у каждого мордоворота дрожат коленки. Ты можешь спустить шкуру с любого, кто перейдет тебе дорогу, хотя и сам… - на этих словах одновременно произошло два момента – Аллард удивленно вздернул брови, заинтересованный ее предположениями, а Сай сделала небольшой шаг в сторону генерала. - …не против нарушить пару-тройку правил.

Сай сделала еще один шаг, сперва задумчивым взглядом задержавшисьна расстегнутом воротнике рубашки генерала, а потом спустившись глазами к поясу, за который держался Аллард, с нескрываемым любопытством слушая надменную воительницу. В пляшущем свете камина он мог рассмотреть веснушки на ее лице, оценить красоту холодных, как лед, глаз на контрасте с огненно-красными волосами.