Остров- II. Дороги наемника

— Ну почему же, — ситуация прямо требовала развести руками и добавить в голос немного сексуальной хрипотцы, — а вдруг обуревающие нас чувства симметричны?

Улыбающаяся графиня покосилась на наперсницу и погрозила мне пальцем:

— Осторожнее, лейтенант! Фенни слывет беспощадной разбивательницей сердец!

Я еще раз развел руками, типа как извиняясь, графиня продолжила:

— С моим кузеном, фером Хёггом ан Галлобом, вы уже немного знакомы. Ваше знакомство, конечно, состоялось не лучшим образом, но я очень надеюсь, что в дальнейшем дело наладится.

— Фер Хёгг! — Я вежливо склонил голову.

— Фер Вран! — зеркально мне ответил вербовщик, оказавшийся не просто вассалом, а родственником графской семьи. По женской линии, надо полагать.

— Интересный фасон!.. — Графиня, мило улыбаясь, цапнула мою шляпу, которую я, присев за стол вместе с перевязью «скьявоны», повесил на высокую резную спинку стула.

— Мне тоже нравится.

— И где же такие носят?

— Далеко-далеко за океаном, — практически не соврал я.

Образцом для мастера служила очень удобная «ковбойская» шляпа американских армейских кавалеристов, он даже обтягивающий тулью шнурок с кисточками с нее потянул.

Девушка покрутила шляпу в руках, примерила, нацепила на голову улыбающейся подруге, оценила, как та сидит со стороны и, заметно вздохнув, вернула на место.

— Мужчинам очень идёт.

— Женщинам тоже. С брючным костюмом в особенности, — согласился я. Рейна ан Скайген спрятала лукавую усмешку за бокалом вина.

— Вы угадали мои мысли, — кивнула графиня. — Не будете против, если я завтра пришлю к вам на обмер своего портного?

— Я-то, безусловно, не против, — пожал плечами, — но мы завтра уходим в поход. Наши деньги сами себя не заработают.

— Успеет, — равнодушно махнула рукой девушка, — а если не успеет, догонит и привала подождет.

— Договорились.

— Прекрасно! Разве что только не спросила… Она из какой кожи сшита?

Девушка снова взяла мою шляпу, на секунду задумалась и, как будто бы так и надо, пощупала пальцами еще и рукав куртки. Ан Галлоб смерил нас мрачным взглядом и ничего не сказал. Старик, пока мы тут чесались за портняжное мастерство, завязавший тихий разговор с ан Феллемом, покосился на нее и недовольно нахмурился.