Возвращение чародея

В связи с этим я постарался ограничить себя в еде на приеме, устроенном в мою честь.

Пиршество состояло из четырех перемен блюд, и никто, кроме меня, ни в чем себе не отказывал. Даже обычно сдержанный Гарланд поглощал пишу такими порциями, словно эта трапеза могла стать последней в его жизни.

Помимо моих опекунов и троих недавних спутников, за столом присутствовал чародей Кларенс Третий Удар, посланник Хайгардена и один из придворных магов короля Людовика. Не знаю, за что Кларенс получил свое прозвище. Наверное, в одной из схваток его третий удар стал решающим.

На вид Кларенсу было лет сорок, что, как вы понимаете, немного значит, когда речь идет о занимающемся магией человеке. Он был высок, худ и абсолютно лыс. Скорее всего, от волос он избавился по собственной воле, чтобы не тратить много времени на прическу. Несмотря на внешность аскета, ел он так, что за ушами трещало.

В Гнезде Грифона существует одна очень полезная для пищеварения традиция – за едой запрещены любые разговоры о делах. Поэтому мы болтали о погоде, о последнем изобретении гномов – автомобиле, на котором мы с Карин успели покататься по дороге сюда, а также о всяких пустяках, вроде последнего урожая, межвидовой торговли и глобальных изменениях климата.

Десерт также был подан в обеденный зал замка, что меня несказанно удивило. Чуть позже я понял причины, по которым это было сделано – в курительную комнату, где должен был состояться серьезный разговор, пригласили далеко не всех обедающих. Посланцу Хайгардена, юному рыцарю или эльфийскому убийце нечего было делать на нашем семейном совете.

– Итак, – сказал Исидро, когда мы уютно устроились в глубоких кожаных креслах. У каждого кресла стоял небольшой столик, куда можно было поставить чашку кофе, поднос с пирожными или бокал вина, в зависимости от предпочтений каждого. – Начнем с самого начала, молодой человек.

Исидро был старше любого из присутствующих, а если не брать в расчет Мигеля, то он был старше нас всех, вместе взятых, зато выглядел чародей лет на тридцать пять, поэтому заявление о стариках из его уст звучало довольно смешно.

– Может быть, сразу перейдем к главным темам? – предложил я.

– Хорошая мысль, – согласился Мигель.