Возвращение чародея

– У Оберона никогда не было телохранителя, – сказал я, опередив Мигеля всего на полмгновения.

– У Оберона… – Он осекся. – Как такая мысль вообще могла прийти тебе в голову?

– Задним умом я допускаю, что совершил ошибку, – признался я. – Не стоило перекладывать проблемы с больной головы на здоровую. Но в тот момент наем телохранителя показался мне чертовски хорошей идеей. Кстати, Карин несколько раз выручала меня из очень крупных неприятностей.

– Приведи пару примеров, в которых она оказала тебе реальную помощь.

– Она спасла меня от Пятнистых Лиан.

– Что? – изумился Мигель и бросил весьма неодобрительный взгляд в сторону Гарланда. – Она же человек!

– У нее очень богатый боевой опыт, – сказал я. – Может быть, не такой богатый, как у Оберона, но он спрессован в весьма короткий промежуток времени.

– Она исхитрилась убить эльфа? Кого именно?

– А вы всех знаете по именам?

– Тех, кого стоит знать. Назови мне имя.

– Лорас.

– Она убила Лораса? – Почему-то Мигель меня постоянно переспрашивает. Раньше я за ним подобной привычки не замечал. Неужели он успел обзавестись ею за тот год, что мы провели в разлуке?

– Вы знали его?

– Знал ли я Лораса? – Вот, снова переспрашивает. – Он был одним из моих учеников.

Что характеризует Мигеля, как не самого хорошего учителя. Впрочем, я всегда считал, что для истинного воина одних только тренировок, пусть и проведенных под надзором величайшего мастера, явно недостаточно.

– Наверное, Лорас плохо учился, – сказал я.

– Да, он был не лучшим.

– Вы позволите мне полюбопытствовать, кто же был лучшим?

– Самым лучшим?

– Да.

– Во все времена?

– Да.

– Ты привел его с собой.

– Гарланд? – изумился я. – Вообще-то я рассчитывал, что вы назовете мое имя.

– Не имею привычки врать даже своим ученикам, – отрезал Мигель. – Ты мог бы стать хорошим воином, если бы мы продолжили наши занятия еще лет пятьдесят. Но ты слишком молод, Ринальдо. И ты недостаточно стараешься.

– Сколько времени вы занимались с Гарландом? – Я поспешил увести беседу в сторону от моей персоны.

– Ровно столько и занимались, – сказал Мигель. – Это было задолго до твоего рождения.