Прикончить чародея

В реальности против дракона выдвигается целый рыцарский отряд, желательно с поддержкой пары-тройки магов. И даже в таком случае никто не может гарантировать положительный результат. Даже букмекеры не любят принимать ставки на подобные поединки. Невыгодно.

Сейчас люди и драконы живут в мире. Если дракон пожелает поселиться в местности, принадлежащей человеческой расе, он должен заключить договор о ненападении с местным сеньором, что формально превращает дракона в его вассала. Дракон обязуется не нападать на людей и скот, живущих на территории сеньора, и помогать отражать нападения со стороны враждебных государств.

Взамен сеньор платит дракону всякой живностью. Сделка, выгодная для обеих сторон.

Если же дракон нападает на человека в сопредельном владении, все зависит от того, какие отношения его сеньор поддерживает с дворянином, контролирующим тамошние места. В любом случае, потерпевший должен обратиться к сеньору, и тот решает, насколько обоснованны претензии. Если речь идет о крестьянах или скотине, дело обычно заканчивается обычным штрафом.

Если же в дело замешаны знатные особы, чаще всего льется кровь.

Но если граф Осмонд не в ладах с семейством Гавейнов, он может просто закрыть глаза на это нападение и сделать вид, что ничего не произошло.

— Как вы думаете, дракон знал, что похищает мужчину?

— Право, мне трудно об этом судить. В тот момент я была слишком испугана и вряд ли могла рассуждать или делать наблюдения.

— Я способен это понять, — сказал я, сочувственно кивнув. — Скажите, мог ли дракон питать к сэру Джеффри личную неприязнь? Ваш возлюбленный ни о чем подобном не говорил?

— Нет.

Я же сказала, что сэр Джеффри — молодой рыцарь. Он еще не имел дела с драконами.

— Достаточно, чтобы с ними имел дело кто-то из его семьи, — заметил я. — Драконы — существа злопамятные.

— В любом случае, я ни о чем подобном не слышала.

— Ясно, — сказал я. — А почему вы не можете обратиться к графу Осмонду? Он ведет вендетту с родом Гавейнов или что-то в этом роде? — вряд ли.

Я пару раз встречался с графом Осмондом, и он показался мне вполне здравомыслящим человеком. Вряд ли бы он обрек молодого человека из знатного рода на плен в пещере дракона.

— Дело не в этом.

— А в чем же?

— В репутации.

— Простите, я не понял. В чьей репутации? — я не понимал, каким образом от факта похищения сэра Джеффри может пострадать репутация леди Ивы.

— В репутации сэра Джеффри.