Скользящий IV

Нет, демонические черты угадывались, но, в целом, ее можно было легко спутать со стражем, перебравшим с экстрактом. Занятно. Оказывается, мутации работали в обе стороны. Как человек может приблизить себя к дхарну, так и демон стать похожим на человека. Возникает вопрос: где проходит та самая грань, что отделяет демона от человека?

Я помотал головой, отгоняя каверзные, еретические мысли. Так и демонопоклонником стать недолго.

— Хэй, ты дал ей слово, что не будешь убивать? — воскликнула Майя, когда Агата перевела ей суть беседы.

— Допустим…

— А как же твои собственные слова: хороший демон — это мертвый демон?!

— Во всяком правиле бывают исключения.

— Нечестно!

— Пусть попробует дернуться или попытается сбежать — мигом без головы останется. К тому же, мне кажется, что ученые на Земле ею заинтересуются. Какой необычный экземпляр для научных исследований: орк-Лекарь, подумать только!

— Это точно единственный твой мотив? — впилась в меня золотыми глазищами мелкая.

— Не сомневайся.

— Слово знатного?

— Знатный словами просто так не разбрасывается…

— Час от часу не легче, — вздохнула она.

Следующие три дня мы провели в активной охоте, прерываясь на медитации и сон. Гракху оставляли в организованной под землей временной базе. Накрывали люк в ее камеру массивным валуном, сдвинуть который у нее сил не хватало. Продолжали потчевать зельем слабости, которое варили из гоблинских запасов. Порой подкармливали едой по минимуму, ибо пища могла дать ей силы для побега.

Нашли удобное растение, похожее на бамбук. Из его секций мы и соорудили небольшие емкости, плюс склянки от экстракта оставались в запасе. Наш Лекарь исправно наполнял колбы своей целебной слюной. Странную все же форму приобрела способность Гракхи, но среди адептов и не такое встречалось. Та же Ведьма из Хирда могла управлять кровью, Тарантул имел ядовитые железы. Больше всего на орчанку походил адепт с заброшенного склада по прозвищу Самогонщик, который умел исцелять с помощью выпивки.

Несколько направленных медитаций дали свои плоды. Я смог подобрать подходящий спектр для фильтрующих граней. И это можно было смело называть настоящим прорывом. Во-первых, снаружи грани могли держаться теперь довольно долго без подпитки — до часа.