Точка Бифуркации I

– А что случилось-то?

– Не знаю. Похоже, их кто-то спугнул, и они сбежали, – честно ответил я.

– И мяч оставили? – удивился друг.

– Радуйся, – пожал я плечами, топая рядом.

Играть в футбол у нас на сегодня и ближайшие пару дней желание явно пропало, поэтому было единогласно принято решение возвращаться домой. Впрочем, идти всего ничего, потому через две минуты мы стояли возле калитки моего огорода.

Жили мы в большой деревне, где практически на окраине стоял небольшой, но красивый и ухоженный домик моей бабушки.

– Что дома скажешь? – спросил у ворот Максим.

Видок у нас обоих был что надо. Пыльные волосы и одежда, которая местами была не только в грязи, но и пятнышках крови. Ну а подбитые носы и ссадины на руках и ногах дополняли картину.

– Даже не знаю. Обманывать не хочу, но и правду говорить нельзя, – признался я другу.

– Меня за драки не ругают, – важно заметил Максим. – Но учат, чтобы младших не обижал. Жаль, что этих вот не учат, – с большой досадой в голосе добавил он.

Попрощавшись с Максимом и вздохнув, я отворил калитку и вошёл на территорию своего дома.

***

– На этом всё, – закончил я свой рассказ бабушке.

Глубоко в душе мне хотелось, чтобы бабушка взяла свой ремень или лучше скалку и направилась на соседнюю улицу, всыпать этим забиякам по первое число, как она сама любила говорить, но только по отношению ко мне, когда я шкодил. Тем не менее, я отлично понимал, что такое действие с её стороны ситуацию не исправит, а напротив, усугубит, сделав из меня ещё и ябеду.

Такая слава на всю деревню мне была однозначно ни к чему, поэтому я решился рассказать бабушке правду только после её обещания не предпринимать каких-либо действий. Впрочем... кое-что я всё-таки от неё утаил. А именно – не стал рассказывать про странный голос в голове.

– Спасибо, Лёшенька, что побеседовал со мной и всё рассказал, – серые глаза бабы Маши на протяжении всего рассказа внимательно изучали меня и периодически моргали в такт моим словам.

– Теперь мы зашьём рубаху? – аккуратно снимая её с себя и рассматривая порванный рукав, спросил я.

– Конечно, – улыбнулась она в ответ.

Удивительно, но на её лице не было и капельки злости, напротив, бабушка довольно улыбалась и что-то сама себе под нос говорила. В этот момент дверь в дом отворилась, и внутрь вошёл дядя Святогор, со слегка растрепавшимися волосами на голове и странной улыбкой на устах.

– Баба Маша... Надо поговорить, – искоса поглядывая на меня, произнёс он.