Молот империи (часть 2)

— Но думаю, вот твоё присутствие очень желательно. Мария постоянно тебя заглядывает, Ян молчит, Марк без тебя в их обществе вообще теряется, а Валентин шутит не так жестоко и меньше подкалывает. Да и мне одной не хочется идти, если честно.

— Да ты уже входишь в роль, как я посмотрю, — чуть шутливым тоном сказал я. — Уже знаешь всех будущих подданных. И отдаёшь приказы.

— Нет. Намекаю о приглашении, как частное лицо. Считай меня обычной студенткой. Ведь так и есть.

— Посмотрим. Зайду за тобой, если что. Сначала дела.

Игры играми, но нельзя забывать и о главном.

Радич не сказал ничего важного, да ничего и не случилось за день. Я проверил риггу на ночь, помылся и остановился подумать на улице возле общежития, стоит ли куда идти. Пока думал, увидев выходящего наружу Рэгварда.

— Роман, я сдержал своё слово, — объявил он.

— Какое?

— Торт! Я привёз вам торт! — Келвин засмеялся. — Самый большой, какой мне согласились привести. Мария, твоя родственница, приглашала меня остаться, но я пока пас. Много дел, знаешь ли.

— Бывает. Тогда я схожу.

— Кстати, — он подошёл ко мне и зашептал: — Насчёт нашего недавнего похождения. Торт навёл меня на мысль. У меня в команде есть Франко Нумер, помнишь его, такой кудрявый?

— Да, но не общался с ним.

— У него сильная аллергия на орехи, — Келвин огляделся по сторонам и застегнул куртку. — И недавно заметил кусочки бинхайского арахиса в своей утренней каше. Может быть, это ошибка повара, но тот клялся, что никаких орехов не добавлял. А стоит Франко съесть хоть один, как начнёт задыхаться.

— Ещё что-то?

— Джулио Алькарас, неразговорчивый парень, ты его должен знать.

— Сегодня с ним стреляли на соревнованиях.

— В общем, он недавно чуть не сорвался с ригги, — Келвин вздрогнул. — Оторвалась техническая ступенька наверху. Но Джулио вырос в горах, ему это не страшно, удержался, а вот мне теперь не по себе. Будто за каждым углом меня подстерегает опасность. Это паранойя?

— Если у тебя паранойя, это не значит, что за тобой не следят, — философски заметил я.

— Слушай, — он снова огляделся. — Я многое думаю о том, кому это может быть выгодно. И как же мне это не нравится.

— Есть подозрения?

— Боюсь озвучивать, вдруг не прав, — Келвин откашлялся. — Забудь, это я просто от страха. Но мне кажется… ладно.

— Назови имя, и я проверю.