Fallout Equestria: Синяя молния

Космик всё-таки зажмурилась: вспышка света вокруг просто не давала увидеть, что происходит непосредственно в миг переноса. А когда открыла глаза, то её взору предстала совсем иная картина.

Они со Скайблумом точно очутились внутри шара памяти. Зал был ярко освещён трубчатыми ртутными лампами – в отличие от «будущего», где из светильников горела в лучшем случае половина. За терминалами сидели пони в лабораторных халатах; рабочие места были завалены схемами, расчётами и кофейными чашками.

Но всеобщая деловитая суета постоянного мозгового штурма, которая явно бурлила здесь секунду назад, словно встала на паузу.

Космик прочистила горло.

– Эм-м… привет, – сказала она. – Мы из будущего.

На какое-то время работа встала. Учёные, многие из которых были уже в солидных летах, прыгали и визжали как жеребята от осознания того, что их работа, на которую они потратили столько лет, однажды всё-таки пришла к своему завершению.

Конечно, было и много расспросов: как же сотрудникам центра это удалось, кто вместо них продолжил исследования и вообще – сколько прошло времени? А главное – что стало с Эквестрией в этом будущем?

Космик пришлось всех огорошить, рассказав, что на поверхности даже спустя две сотни лет царят беспредел и анархия, а сами учёные по своей воле превратились от радиации в гулей. О том, что выжила из них едва ли половина – да и те при этом стали покорными кибермарионетками, а также о чертежах из Мэйнхэттена она решила умолчать, сославшись на некие инструкции о возможном влиянии на будущее.

Вышла посмотреть, что происходит, также и Лира. Но рассказ «пришельцев» не вызвал у неё особого интереса; поникнув ушками, единорожка-гуль вернулась к себе в отсек.

В отличие от Рэйнбоу Дэш, которая прямо засыпала их вопросами. Как изменился мир? Помнят ли ещё о ней и о том, какая она крутая? И – самое важное – как там Анклав?

Наконец, после всех объяснений Космик и Скайблуму удалось добиться разговора наедине с профессором Сэмпл Дэмплом.

– …Я ведь правильно понимаю: есть и что-то ещё, о чём не должны знать другие сотрудники центра? – спросил глава ИЦ-13, закрывая вслед за ними дверь в свою комнату.

Выглядел он точно так же, как и в шарах памяти: сиреневая шкура, взъерошенная седая грива. Ничего общего в сравнении с тем, что с ним стало в дальнейшем.