Второй Меч

Стоя за ширмой, отгораживающей прихожан от внутренних помещений церкви, Патриарх Клемений одобрительно ухмыльнулся в седую водянистую бороду, ниспадающую на старческий живот: новичок в полной мере оправдывал возложенные на него ожидания. Пламенная речь явно находила отклик в сердцах прихожан.

– Так было всегда, но однажды Фейнд влюбился в смертную девушку, которая его отвергла. В ярости он предал своих братьев, обрушив на землю звёздный дождь, грозящий уничтожить человечество. Мир дрожал от ударов падающих звёзд, утопал в огненной геене, погибая, и наверняка сгорел бы дотла, если бы не вмешательство остальных богов.

Жертвуя собой, Циель взлетел в небо и загородил землю собой, остановив нескончаемый поток звёзд собственным телом. Он и по сей день защищает нас!

Из зала послышалось несколько резких вдохов: на прихожанок речь проповедника производила поистине неизгладимое впечатление, захватывая и погружая их в рассказываемую историю целиком.

– Но Фейнда это не остановило, – голос проповедника опустился до пронизывающего грудного шёпота, достигающего самых удалённых глубин человеческой души. – Он развёл руки, и по земле начали распространяться трещины, источающие суть божественной силы. Она собиралась поглотить наш мир, убить всех людей, ибо не способны смертные справиться с диким элиумом! Тогда явился последний из братьев, Эрдо. И спустился он на землю, и вступил в смертельную схватку с Фейндом, и с огромным трудом одержал верх, ранив собственного брата и утопив его в элиуме.

Так наш мир был спасён во второй раз.

Клемений поймал себя на мысли, что и сам с интересом вслушивается в повествование. Что ни говори, а у проповедника определённо был талант.

Невысокий мужчина с по-монашески выбритым затылком и козлиной бородкой, чей кончик то и дело касался коричневой сутаны, развёл руки в стороны, приступая к завершающей части мессы:

– Мир был спасён.

Падение Фейнда усмирило элиум, позволив нам, жалким смертным, пользоваться его силой на благо общества. Но опасность никуда не исчезла! Ибо сказано, что за двумя бедствиями непременно последует третье! – под конец проповедник практически кричал.

«Действенный приём, – не мог не отметить Патриарх. – Он постоянно меняет громкость голоса, чтобы удерживать внимание слушателей. Надо будет узнать, как зовут это дарование».