Вор и дети ночи

Самоуверен ты, Николас Гард, либо безнадежно глуп. Или безумен? К черту! К Дьяволу все! Просто буду жить, сражаться и делать, что должен. Велдон говорил… Снова мысли о нем! Проклятый святоша! К черту и его!

Раздался стук в дверь.

– Кто там? – зло бросил я.

В комнату вошел Ильо ди Триан. С виду молодой дворянин двадцати пяти лет от роду, почти мой ровесник, но его второй жизни уже два века. Вампир был в одеждах для верховой езды и при оружии. Один из присягнувших мне упырей.

– Ваше сиятельство, – вампир чтил мой графский титул.

Он склонился в поклоне и замер, выжидая моего позволения продолжить.

Сегодня мой ночной покой охраняли два «человека», обращенных когда-то графиней ди Плерри. Эта часть моих подданных считала себя людьми графа ди Плерри, другие напирали, что служат герцогу ди Альмара. Как неразумные дети, честное слово.

– Что случилось?

– К вам пришли, ваше сиятельство.

– Кто? – раздраженно спросил я.

– Святой отец.

Небеса! Опять он! Церковник не дает покоя ни днем, ни ночью.

– Впусти, – я махнул рукой. Злость и раздражение вдруг исчезли, осталась лишь усталость. Пусть Велдон скажет, что ему нужно и проваливает.

Снова поклонившись, Ильо ди Триан покинул мою комнату, а через миг в нее ввалился инквизитор.

– У меня известие про Ирму! – взволнованно сообщил он.

Глава 2. Известие

– Про Ирму? Я не ослышался?

– У меня известие про Ирму, – повторил инквизитор, затем осенил себя знамением, успокоился.

Знамение нередко выправляло его растрепанные чувства, и сейчас тоже уняло волнение. – Ты позволишь, Николас?

Церковник направился к столу, на котором стоял кувшин с водой и две глиняные кружки. Проводившая в номер служанка предлагала поднять сюда вино, но от вина острее боль в груди. Я отказался; последнее время почти не притрагиваюсь к пьянящему.

– Гард! – окликнул меня Велдон. – Ты заснул? Почему молчишь?

Не дождавшись моей реакции, святой отец налил воды.

Плевать, пусть напьется. Вода в кувшине холодная, из колодца. Вкусная… Дьявол! Мне и на воду плевать! Но что инквизитор сказал про вампира?

– Святой отец! – позвал я.

– Слушаю, Николас, – церковник невозмутимо воззрился на меня.

Отчего взволнованность Велдона столь быстро сменилась на нарочитое спокойствие?

– Ты произнес имя Ирменгрет.

Инквизитор поморщился, будто я напомнил о чем-то донельзя неприятном.