За горсть монет. Том 2

– непривычно холодно хмыкнул старик и обернулся к обелиску, направив на него ладони.

Потоки зловещей пурпурной энергии обволокли руки колдуна. Две трещины исказили пространство над ними. Из одной вейнуло жаром пустыни, а в разломе показались ее барханы, вторая же обрадовала шумом города и отворила путь на одну из ступенчатых улиц Фалленхрама.

-Все готовы? – задал риторический вопрос Беренгарий и взмахнул руками, прежде чем кто-либо успел что-то сказать.

*****

Хоть завал и произошел уже с час назад, тяжелые облака пыли все еще стелились по уходящим вниз улицам, превращая ранее благоухающий город в безжизненную удручающую пустошь.

Хотя безжизненным город был по иной, более жизнерадостной причине. Впервые за долгое время, как и везде неприветливые горожане сплотились и вместе собрались на месте чудовищной трагедии, разгребая завалы дабы спасти каждого выжившего. И делали они это, естественно, из чистого альтруизма, а не желания получить огромную награду за спасение какого-то аристократа из Верхнего Города.

Лишь один человек сломя голову, и едва не ломая колени при многочисленных падениях со ступеней, мчался как можно дальше от центра города.

Ремни кожаных доспехов и кольчужных накидок лопнули и те слетели еще несколько кварталов назад. Одежды порвались до неузнаваемости, а на плече вместо нашивки Гильдии авантюристов зияла большая дыра. Топор уже давно не был сжат в руке, так как Томен и думать не мог даже о возможности сражения. Не то, чтобы сражения, а вообще любого столкновения с Альдбергом Радае.

Гил мертв. Все его люди – друзья и соратники Томена, тоже мертвы. И всех их погубил один единственный немощный старик. Они даже помыслить не могли, что в погоне за не самым выдающимся авантюристом натолкнуться на живую легенду. Хотя легенда – неверное слово. На кошмар из былин. И наяву этот кошмар оказался еще хуже, чем в самых страшных сказках.

С самого окончания «боя» с «Гробокопателем» Томен бежал не переставая. Бежал и вечно падал на непривычно большом как для жителя Хеленпика количестве ступеней.

Но наконец его мысли очистились достаточно, дабы понять, куда же ему бежать, ибо бегство – единственное, что стоит делать при виде Альдберга Радае.

Теперь он мог бежать ровно. Ближе к окраинам города улицы становились ровнее, а все люди, что направлялись к подножью горы, уже были там.