Цвет мира - серый

Лезвие меча Нила уже наполовину показалось из ножен, и он сделал полшага назад, дабы обеспечить себе место для замаха.

Действуя скорее инстинктивно, чем обдуманно, я шагнул ему навстречу, сокращая дистанцию, и ударил ножом в живот. Прямо через куртку, не вытаскивая ножа из кармана.

Зрачки Нила расширились от удивления. Он таки сумел вытащить меч из ножен, когда я второй раз ударил его ножом, стараясь попасть чуть выше.

Нил выронил меч и начал падать назад. К сожалению, левой рукой он таки успел схватить меня за шиворот, и мы имеете ввалились в обеденный зал.

Нил рухнул на спину, а я упал на него сверху, чувствуя, как нож еще глубже погружается в его тело, а моя собственная одежда пропитывается чужой кровью.

В зале кто-то закричал. Под эти крики и шум отодвигаемых стульев я пытался вырваться из хватки имперского убийцы, но она оказалась поистине мертвой.

— Глупо… — выдохнул Нил мне в лицо, и глаза его начали стекленеть.

Я рванулся изо всех сил, услышав треск рвущегося ворота, и вожделенная свобода показалась мне уже почти обретенной.

Оставалось только вскочить на ноги и броситься вниз по улице, надеясь скрыться в какой-нибудь темной подворотне, где я мог бы обдумать свою дальнейшую стратегию…

Мощный удар сапогом по ребрам окончательно освободил меня от хватки Нила, однако отбросил в сторону от двери, за которой была свобода. Задохнувшись от боли, я все же постарался встать на ноги, но не успел.

Следующий удар пришелся в лицо, и я потерял сознание.

Первым, что я почувствовал, придя в себя, была боль.

Если вас никогда не вырубали ударом сапога в лицо, то вы вряд ли способны понять мои ощущения. Голова словно раскалывалась на части, а внутри нее пульсировал огненный шар. На фоне этого ощущения меркли и ноющие после удара того же сапога ребра, и связанные сзади запястья. Открывать глаза не хотелось, потому что я догадывался, что ничего хорошего не увижу.

Кончиком языка я осторожно пересчитал зубы.

Вроде бы все они оказались на месте, хотя верхний правый резец подозрительно шатался.

Сквозь окутавшую голову пелену слабо доносились чьи-то голоса и звон посуды.

Я открыл глаза и обнаружил, что все еще нахожусь в обеденном зале ресторанчика, в котором я так неудачно пытался поужинать. Рядом со мной, буквально в паре шагов, лежал труп Нила, а чуть дальше стоял здоровенный мужик в форме городского стражника.