Цвет мира - серый

Когда он заговорил, последние надежды на то, что нас отправят на рудники, а не на войну, растаяли, как утрен ний туман.

— Вы все — воры и убийцы, — сообщил нам этот любезный человек все с теми же добрыми глазами. — Вы все нераскаявшиеся в своих грехах преступники и всем вам суждено было отправиться в ад. Но Шесть Богов милостивы, и они представляют вам последний шанс на спасение. Мерзкое войско богопротивного чародея Гарриса, самопровозгласившего себя императором этих земель, надвигается на Каринтию, и мы должны дать ему достойный отпор.

— Ну да, — еле слышно буркнул Ланс. — Вот именно так я себе спасение всегда и представлял.

Мне же больше всего понравилось произнесенное инквизитором слово «мы». Можно было подумать, что он лично поведет нас в битву, шансов выиграть которую у нас нет, а не отбудет в Брекчию при первых же признаках опасности.

Конечно, у меня не было сомнений в том, что, расправившись с Каринтией, Черный Ураган обрушится и па Брекчию, и церковникам все равно придется дать ему бон хотя бы потому, что бежать оттуда уже некуда — Брекчия упирается в океан, за которым лежит Тхай-Кай, а в Тхай-Кае есть своя религия и свои боги, и в новых он точно не нуждается.

Но когда дело дойдет до Брекчии, там уже в ход пойдут совершенно другие расклады.

Брекчия — большая страна с могучей армией, которая гораздо лучше готова к войне.

— Я призываю вас пойти в бой с именами Шести на устах, — продолжал инквизитор. — Если мы выстоим, то все ваши грехи будут списаны, а светские преступления — прощены.

Почему-то заключенные совсем не воодушевились, услышав о подобных радужных перспективах, но я не думаю, что церковник, на самом деле инквизитор, желал добиться какого-то эффекта своей речью, а скорее прочитал ее просто для проформы.

Инквизитор быстренько покинул двор, стражники открыли ворота, и мы отправились на место своей последней битвы.

Жители Каринтии не провожали нас на бой, как героев. Они вообще нас никак не провожали. Город как будто вымер.

Все, кто мог его покинуть и кому было куда бежать, уже сбежали. Остальные попрятались по подвалам, а те, у кого не было подвалов, просто сидели дома, забаррикадировав мебелью дверь и забив окна досками.

У городских ворот стоял небольшой отряд, на самих же стенах солдат было немного.