Восстание Магов. Прижатые к земле.

— Именно! В этом и заключается весь секрет успеха этой операции: план «Пять дней подготовки»!

— Мне кажется это название какое-то слишком банальное... — почти шепотом заметил Гордыня.

— Ваше заявление в корне неверно, мистер Гордыня. Брат всегда говорил, что лучше работать над содержанием, а не над оболочкой!

— Ну, или у него просто не хватает изобретательности...

— Этого тоже нельзя отнять, но я думаю, что нам сейчас лучше как можно быстрее сосредоточиться на подготовке, а потому конечную версию названия обсудим уже после.

— А не будет ли странным подготавливать название уже после того, как всё будет завершено?

— Ну, надо же остаться в истории с достойным названием!

— И то верно!

Окончательно зарядившись для грядущей непростой работы, ребята тут же рванули в самую её гущу. Действовать они решили по порядку, а потому перво-наперво отправились навестить Обжорство и его зубы. И ведь все это совершенно не предвещало никакой беды до тех пор, пока им не удалось таки детально рассмотреть то, с чем им предстояло работать.

— Так, Жадность, мне кажется нам не удастся выковырять несколько вещей, из тех, что застряли там без хирургического вмешательства, — отведя своего друга в сторону, изложил свою мысль Гордыня.

— Слушай, ты же вроде тоже камни и ветки глотал, так от чего же такой вялый настрой?

— Но тогда я чуть не помер, или, по крайней мере, мой желудок!

— Так зачем ты тогда это сделал?!

— Тогда мне просто было важно кое-что доказать.

— Единственное что я понял из твоего выступления, так это только то, каким ты стал балваном!

— Может и так, но у меня другой вопрос: а каким местом это имеет отношение к текущей ситуации?

— Хм, признаться честно, я просто давно уже хотел это у тебя спросить! А так я и правда не вижу адекватного способа решения проблемы на данный момент.

Еще немного покрутившись вокруг Обжорства, и чуть ли не под лупой разглядев его ротовую полость, оба лишь молчаливо покивали друг другу и покинули своего удивленного брата, разойдясь по комнатам.

— Придумал что-нибудь? — спросил у Жадности заспанным голосом Гордыня рано утром следующего дня.

— Есть идея, но надо будет еще проработать, — ответил тоже только проснувшийся и еще не успевший переодеться из своей звездной пижамы, Жадность.