Багровый прилив

Доинтриговался до того, что предполагаемый наследник оказался не то заперт в башню, да ещё и под чужим именем, не то вовсе убит. В общем, его убрали с доски.

– Трон Коибры вскоре опустеет, – сказал на это Квайр скорее самому себе, нежели собеседнику, – и за него начнётся война.

– Финал её немного предсказуем, – добавил собеседник капитана, – ведь вряд ли кто-либо в Святых землях сможет нормально контролировать эти земли, окружённые со всех сторон Валендией. Тут и пытаться никто не станет, верно?

Квайр кивнул, снова скорее собственным мыслям, нежели собеседнику.

Скоро эти сведения достигнут Альдекки, и от того, какие там примут решения, будет зависеть очень много. Главное, успеть до Дня единения – первой годовщины подписания Водачче Салентинской унии. Ведь в этот день всё начнётся, в этот день дож Водачче должен умереть.

Галеоны под страндарским флагом взяли каравеллу в клещи и теперь на вантах одного из них замелькали флаги.

– Требуют спустить паруса, – раздался голос вперёдсмотрящего, – лечь в дрейф и приготовиться принять на борт досмотровую команду.

– Выполните их приказ, капитан, – заявил Галиаццо Маро, – и велите принести все бумаги.

– Мы без единого писка позволим им задрать нам юбку и облапать? – прошипел старший помощник, стоявший за спиной капитана.

– Если не сделаем этого, нас попросту пустят на дно, – ответил капитан, Маро счёл за лучшее на сей раз не встревать.

Старший помощник не хуже капитана видел, что дело плохо. Три галеона легко могут расстрелять их из пушек – даже на абордаж идти не придётся.

Каравелла ничего не могла противопоставить трём могучим боевым кораблям.

– Ещё не поздно, капитан! – решил-таки настоять старший помощник. – Поднимем паруса и проскочим между ними! Они не станут стрелять, слишком близко друг к другу идут – это наш шанс!

– И им повод, чтобы прикончить нас парой часов позже, – отрезал капитан, и в голосе его звучала сталь. – Покуда я здесь командую, таких глупостей мы делать не будем. Тебе это ясно, сынок?

Старший помощник, который был хотя и моложе капитана, но в сыновья ему всё же не годился, проглотил это явное оскорбление.

Больше он не произнёс ни слова.

Досмотровые команды направились сразу с двух галеонов – две шлюпки, в которых Маро разглядел по шестеро матросов, ловко управляющихся с вёслами, и по трое офицеров. Третий же боевой корабль маячил сзади и немного справа от каравеллы, угрожая ей продольным залпом в корму, которого она точно не переживёт.