Клан Врага Народа. Ультиматум

Как и на арене, в академии Хольдград проповедовалось равенство всех и во всём. Но это в академии, а за её стенами уже действовали волчьи законы, по принципу — кто сильнее, тот и равнее.

Разумеется, это считалось нарушением законов Викара. И если подобное всплывало, то виновника наказывали по законам военного времени. То есть приговаривали к смерти. Поэтому если кто-то из рекрутов решался отнять чужой улов, то чаще всего не только грабил, но и убивал ненужного свидетеля.

Если и не для полного искоренения, то хотя бы для сокращения подобных происшествий и была внедрена система четырёх факультетов.

Факультеты управлялись деканами, представителями четырёх наиболее могущественных и влиятельных родов в империи: Сигнил, Изреон, Балац и Вольтург.

Абсолютно все твари подлежали незамедлительному уничтожению. Но не за каждую из них академия выплачивала награду. Только за тех чудовищ, что были занесены в промысловый перечень.

У каждого факультета этот перечень был индивидуальным и пересматривался ежемесячно.

И никогда ни по каким позициям не пересекался с промысловыми списками других факультетов.

Таким образом, стало совершенно бессмысленным грабить других рекрутов. Разве что только тех, с кем находился на одном факультете. Но и с этим придумали, как бороться.

В академии вывели некую формулу, по которой в конце каждого месяца рассчитывалась денежная премия. В итоге заработок мог стать как больше, так и меньше.

Если факультет перевыполнял установленную для него квоту добычи, тогда полагалась надбавка сверху в целых тридцать процентов.

Но если не выполнял, тогда наоборот — от тридцати до пятидесяти процентов уже вычитались у каждого рекрута из его честно заработанных денег.

Плюс существовал ежегодный рейтинг расчёта расценок. Чтобы не нашлось умников, решивших, что ничего страшного не случится, если они один месяц недополучат денег.

Твари и без того неплохо справлялись с прореживанием рядов охотников, понижая шансы на выполнение квоты по добыче трофеев.

Поэтому и ввели такие правила, что каждый рекрут факультета становился для своих чуть ли не на вес золота. А для остальных трёх факультетов просто не представлял никакой ценности.

— Хитро придумано, — согласился я. — Хотя и перемудрили.

— И с чем же? — спасаясь от духоты, Софи обмахивалась носовым платком.

— Не вижу никакого смысла в учреждении самих факультетов. Если завтра же их упразднить, то ничего не изменится. Премия и штрафы за провал останутся.