Первая академия. Том 1

К тому же мы следим за ходом дела и за состоянием подозреваемых. Но разумеется, ничего нельзя исключать.

Адвокат говорил правду. В тридцатых влиятельные аристократы мало заботились о соблюдении законности. Зачем вся эта волокита, когда можно решить вопрос силой?

– Вот и я о том же, – я оглянулся на дверь и проговорил тише. – Скажите, чисто между нами, действительно ли мой отец участвовал в каком-то заговоре? Или это банальная подстава?

– Простите, Алексей, но я не имею право разглашать рабочую информацию.

– Понимаю.

Искать Комаровского или Комара, как за глаза называли студенты нашего надзирателя, долго не пришлось. Он беседовал с другим надзирателем в холле на первом этаже. Учебный корпус к этому времени окончательно опустел, и теперь лишь уборщики мыли полы и чистили ковры, устилающие длинные коридоры.

Я сказал, что надо поговорить наедине, Комаровский попрощался с коллегой, тот ушёл, мы остались одни в большом пустом помещении.

– Хочу предупредить, что завтра мы с ребятами уедем по делам в город, будем только вечером, – сообщил я.

– Хорошо. Фамилии назовите, будьте добры.

– Фролов, Петровски и я.

– Что ж, отдыхайте. И помните, что до десяти вы обязаны вернуться.

– А если придётся задержаться? Это не будет проблемой?

– Лучше не опаздывайте. Правила есть правила, Алексей. Постарайтесь уладить все дела до десяти часов.

– Может быть, всё-таки договоримся? – я достал десятирублёвую банкноту и глазом не успел моргнуть, как она исчезла в кармане кителя надзирателя.

– Так, Алексей, слушайте меня внимательно, – Комаровский понизил голос. – Во-первых, это надо делать не здесь, а желательно дома. Во-вторых, на серьёзные нарушения я всё равно не смогу закрыть глаза. Пару раз опоздать – нестрашно, но если будете бедокурить, мне придётся отреагировать.

– Само собой. С охраной проблем не возникнет?

– Нет. Вас только запишут, а списки опоздавших попадают мне.

– Спасибо. Хорошего вечера.

– И вам хорошо отдохнуть, Алексей.

Вот это был приятный разговор.

Когда я вернулся в квартиру, телефон дребезжал, как проклятый. Трубку взять я не успел, но через десять минут звонок повторился. Оказалось, меня хотел слышать Степан Оболенский. Я уже перестал на него злиться, поскольку было очевидно, что он выполнил обещание.

– Добрый вечер, Алексей. С вами всё хорошо? – спросил он.