Ригиторум. Эра разлома

Наметанный глаз контрабандиста уловил, как тугой мешочек перекочевал из походной сумки Хармана во внутренний карман командира, а, значит, подробный осмотр нам не грозил. И верно — мужчина исключительно для вида приподнялся на одной ноге в фургон вожака и тут же спрыгнул обратно, чтобы поскорее закончить досмотр и отправиться домой — до прихода сменщиков оставалось всего-ничего. Я как будто мог прочитать мысли старого солдата, хотя, уверен, у всех привратников после получения взятки они были примерно одинаковыми: “Вот, распущу своих парней, а сам завалюсь в кабак.

Сначала выпью за здоровье караванщика, затем восславлю короля нашего Десмоса, под носом которого процветает контрабандизм, и схожу в ювелирку. Куплю любовнице какую-нибудь симпатичную безделицу, и весь выходной проведем в постели. Вот это жизнь!”

К несчастью, планам раскрасневшегося от удовольствия командира стражи не суждено было сбыться. Посреди мечтательной физиономии мужчины вдруг расплылось красное пятно, а прямо за ним в стенке фургона громким чавканьем вырос толстый металлический стержень.

Тяжелый арбалетный болт пробил череп офицера навылет, завязнув в крепкой древесине. Горячая кровь брызнула мне в лицо, и в ярко-красной пелене, что туманила взор, я бегом бросился к своему фургону.

— Бандиты!

— Контрабанда!

— Убийцы!!! — заорали со всех сторон, а на ближайшей к нам башне забил тревожный колокол. На его зов скоро прибудут свежие силы стражников, значит, нам срочно нужно рвать отсюда когти! Отпихнув в сторону зазевавшегося паренька в форме стражника, я вспрыгнул на место извозчика и крепко стегнул обоих янитов по крупам.

Животные поспешно бросились вперед, объехав застрявший фургон Хармана. В горячке побега я даже не заметил, как несколько стрел, выпущенных стражниками, врезались в фургон в опасной близости от моей головы.

Вытерев кровь с лица, я смог увидеть, что вожака каравана уже повалили на землю. Впрочем, солдаты не торопились связывать Хармана — сперва они от души пинали контрабандиста, и я увидел, как из разбитого носа Пита брызнула кровь.

Теперь я стал ведущим каравана, и немногие уцелевшие под обстрелом извозчики устремились за мной. Стражник на посту уже начал вращать ворот, однако такую махину невозможно закрыть сиюминутно — я спокойно успевал проскочить в оставшийся зазор. Но успеют ли мои последователи? Боюсь, этого не знал никто.

Однако что еще мне оставалось? Кому не повезет, тому не повезет.