Ригиторум. Эра разлома

А от совместного испуганного вздоха в комнате поднялся сквозняк.

Лорд Фицер вскочил из-за роскошного стола, вырезанного из цельного куска мрамора, и оглушительно хватил по нему кулаком. Подобный маневр мог стоить ему нескольких переломов, однако в рабочую поверхность гигантского монолита была встроена деревянная столешница, на которой и лежали письменные принадлежности и аккуратные рулоны свитков.

— Рональд! — взревел распорядитель, мигом побагровев от корней взъерошенных волос до ногтей на мизинцах. — Где ты шлялся?!

— Виноват, господин распорядитель! — вытянулся я по струнке.

— Мне не нужны оправдания! — Фицер всплеснул руками. — Принес?!

— Конечно! — я протянул вперед сверток, и Давва тут же выхватил его у меня из рук. Пробежав несколько шагов по каменному полу, составленному из мозаичных камней в форме цветка лотоса, парень положил бумагу на стол.

— Чего стоишь, болван? — рыкнул на него Фицер. — Открывай!

Давва, который уже начал отходить от неестественной бледности, принялся разворачивать обертку дрожащими руками.

— Дай сюда! — не вытерпел распорядитель и одним движением бесцеремонно разорвал бумагу. Большой батон густого красного цвета упал прямиком на развернутый документ, заляпав его жирными пятнами, но Фицеру не было до этого дела. Он крепко вдохнул пьянящий аромат фальдейской колбасы с добавлением крови и чеснока, с трудом удержавшись от покушений на ее целостность.

— Отлично, отлично, — тихо прошептал он, запрокинув голову. — Аврел!

— Да, господин? — отозвался дородный мужчина в высоком белом колпаке.

— Тащи ее на кухню, к подавальщикам, и быстро на стол! Дай Солус, чтобы он еще не пришел, — произнес он тихо, после чего повернулся ко мне. — Ладно, Рон, на сегодня свободен. Вывезешь дерьмо из восемнадцатого данскера, и иди… Так, я не понял! — вдруг вскинулся распорядитель, а по лицу вновь начала разливаться краска. — А где икра?!

— В… В свертке… — просипел я и медленно проследил глазами за Аврелом, который чуть было не вышел за пределы кабинета.

Икры не было.

— Твою мать, Рон! Ты хоть представляешь, как ты попал?! — заверещал Фицер, который все же вышел из-за стола и неумолимой поступью двинулся в мою сторону.