Ригиторум. Эра разлома

— Но мы будем идти! Или у тебя другие предложения, рядовой?!

— Никак нет.

— Тогда вперед, марш! — гаркнул Трумел, и мы дружно двинулись на запад, как можно дальше от увиденных кошмаров полуострова.

Сперва все шло хорошо. Мы споро двигались по открытой степи, кутаясь от постоянных пыльных бурь в плотные дорожные плащи. Пыль эта оседала в небольших складках местности, затрудняя движение, ведь сапоги увязали в ней, как в топком болоте. Песок скрипел на зубах, забивался в одежду, однако мы продолжали тащиться вперед.

Облака закрыли не только путеводные звезды, но и свет луны, так что приходилось полагаться на собственное чувство направления и интуицию, чтобы не сбиться с верного курса. Первым шел Трумел, который всегда славился отменными способностями к ориентированию, оттого разведчики доверяли ему без лишних вопросов.

Через пару часов пути раздался резкий щелчок. В абсолютной тишине ночи этот звук был сродни раскату грома. От испуга я подпрыгнул на месте и чуть было не крикнул, нарушив маскировку отряда, однако в последний момент все же смог сдержаться.

Вглядываясь в непроглядную тьму впереди, я пытался понять, что стало его источником, как наконец раздался тихий шепот Родела:

— Я ее подстрелил, командир.

— Мрак Солуса! Что это было? — недовольно пробурчал Трумел, подходя ближе к лучнику. — Это твоя тетива?

— Так точно. В нас никто не стрелял, можете расслабиться.

— Проклятье, — выдохнул сквозь зубы Давур, после чего покачал головой, отгоняя шок. — Я уж думал все, накрыли…

— Не говори, — поддакнул я, утерев проступившую на лбу испарину.

— Отставить разговорчики! — шикнул командир. — Кого ты подстрелил, сынок?

— Птицу, — произнес Родел и ткнул пальцем куда-то во тьму.

— Какую птицу? — непонимающе прищурился Трумел. — Что можно разглядеть в такой ночи?

— Ни зги не видно, — проворчал Рисли.

— Вы что, не видите? — лучник вскинул брови. — Идите за мной! Только тихо! Боюсь, она тут не одна.

Заговорщически подманив нас рукой, Родел медленно побрел куда-то в сторону от выбранной отрядом тропы.

Нам ничего не оставалось, кроме как последовать за стрелком, продолжая до боли в глазах вглядываться в окрестности. Мне так и не удалось разглядеть ничего, кроме редких столбов лунного света, которые иногда появлялись в разрывах облачной завесы.

Наконец, пройдя почти сорок шагов, мы остановились у раскидистого кустарника. Родел уверенно просунул обе руки в переплетение колючих ветвей и принялся шуршать сухой листвой.