Самая Древняя Сила

Впереди, за обломками рифленых колонн, показались скульптуры неизвестных существ с человеческими телами и недобрыми клыкастыми лицами. Амфитрион проплыл дальше, и там, за темными ветвями кораллов, поднимавшимися, словно мертвый лес, у границы погибшего города, мэги увидела скелет чудовища - только длинна клыков его была с человеческий рост. Из темно-зеленого сумрака взгляд пустых глазниц, казался взглядом смерти, притаившейся на глубине. Рядом с черепом исполина, будто молчаливые слуги, медленно фланировали молодые акулы.

Астра сжала шею Коралисса, давая понять, что пора на поверхность. Когда они вынырнули, мэги долго не могла прийти в себя, жадно хватая воздух и отплевывая воду. Перед глазами вращались, лопались черные, зеленые круги, и по спине бежал колючий озноб.

- Видно, этот город древнее всех тех, что погибли с Атрией, - сказал Коралисс, придерживая Астру над волнами.

- Думаешь, его построили сами хораги? – спросила она, отдышавшись.

- Не знаю кто, - увлекая мэги за собой, амфитрион направился к ближнему островку.

– В развалинах могут остаться таинственные вещи, похожие на те, что мы находим изредка в атрийских городах. Тебе это интересно?

- Очень! Особенно, если эти вещи волшебные. Интересно, Коралисс, - держась за его руку, она перевернулась на спину – амфитрион тянул ее за собой, словно огромная рыба. – Только я ничем не смогу помочь. Я едва не задохнулась, а мы не погрузились даже наполовину.

- Скоро приплывет Бирессиа, старик Волоб и Ламириа. Вместе мы посмотрим, что может быть полезного в руинах.

Я обязательно найду что-нибудь для тебя, - добравшись до островка, Коралисс помог мэги вскарабкаться на скользкую каменную ступень.

Они долго сидели там, глядя, как солнце опускается за горизонт. Как гаснет его блеск, и в море тускнеет рябящий кровавый след. Вспомнилась легенда о черном либийском боге - Абопе, живущем в глубокой пропасти за Океаном и будто пожирающем на ночь светило. Но даже нутро этого чудовищного бога не могло стать пленом животворному огню.

Корчась от мук жара его, Абоп выпускал солнце под утро, и начинался новый день, а бог с чешуйчатым телом гада мучился от боли и злобы. И дрожала земля, и над ней темными тенями витали Боль и Зло. Только логово Абопа находилось далеко – никто не знал точно где, здесь же, у Карбоса, скоро должен был появиться Аасфир.

До наступления сумерек Коралисс рассказывал мэги все, что он успел узнать об устройстве либийского храма и обряде морского Змея.