Самая Древняя Сила

Едва Астра повторила за ним последний звук, облако, сгустившееся над хребтом скелета, стало темно-багровым, вздрогнуло и потекло вниз, просачиваясь сквозь глину, впитываясь в кости, подобно влаги в сухую твердь. Огромный череп голема дернулся, клацнул челюстями, в глазах его затлел кровавый блеск. Астра отпрянула в сторону, озираясь то на море, где среди вздыбившихся волн, быстрой черной струей скользил ее враг, то на ожившее чудом существо, похожее на гору костей.

- Дай ему имя! Подчини его или он убьет тебя! – прошипел Керлок.

- Ты – Корган! Теперь – Корган! Вставай! – мэги подбежала к нему, вытянув руку, занявшуюся золотистым свечением. – Шевелись, я говорю!

Вдавливая в землю камни, голем поднялся на лапы с тяжелым скрипом. Его раскрытая пасть нависла низко над хозяйкой и дохнула мертвым ветром. Отсвет в глазах стал ярче, словно там вспыхнули осколки звезды Маро. Тонкие светящиеся нити прошили все великое тело.

- Теперь идем! Идем, Корган! – Астра, оглянулась – Аасфир, признав своего древнего противника, стремительно плыл к берегу.

- Радуйся, мэги! – Керлок с хохотом взвился над последним догоравшим костром. – Сумеешь справиться, он будет служить тебе, как пес, пока кто-то не переломает его кости так, что в них не останется места духу, - сказал он и, став похожим на дым, полетел к морю, дразня своей неуязвимостью сына Абопа.

- Сюда! Скорее сюда! – отступая к ручью, торопила голема хозяйка.

Аасфир был совсем близко, но здесь нельзя было принимать бой.

Глава третья. Танец бездушных богов

По узкой тропе между скал, которой обычно Астра поднималась от пещер, Корган не прошел. Им пришлось двигаться в обход, теряя много времени.

Срывая со скрежетом камни, голем взбирался по склону за хозяйкой. После полосы колючих зарослей они выбрались на дорогу. Отсюда, с высоты, было видно, как небо на востоке светлеет жемчужной лентой над черным, разволновавшимся морем.

- За мной, Корган! Быстрее! – поторопила Астра, пускаясь бегом по ухабистому пути, спускавшемуся двумя изгибами к храму.

Звеня цепями и поднимая с обочины пыль, голем переставлял тяжелые лапы, грохотал и скрипел, ломая редкие деревца по пути.

- О, Пэй! Великолепно! – воскликнул Голаф Брис, выходя из кустов магнолии. Он с восторгом глядел на костяное чудище со светящимися глазницами, спускавшееся за мэги.