Последняя Осень: Неисполненная Клятва

Его повар сжимал огромный мясницкий нож, а верный слуга деловито заряжал арбалет.

Как слуги ни старались – ворота оказались выбиты. Разгоряченная, жаждущая наживы вооруженная толпа хлынула во двор. Кажется, они ждали забитых и испуганных горожан, но там было два десятка тертых бойцов - они защищали добро своего хозяина от всякого не только здесь, в землях, что соседи называли Южным княжеством, но и дальше, за теплым соленым морем: от разбойников, львов, гиен. Однажды они даже ифриту смогли доказать, что тому они не рады.

В рейдеров сначала полетели стрелы, после чего остановила стена тяжелых прочных щитов, покрытых металлом и чеканкой. Как только щиты ударились о щиты - в дело пошли бердыши – ими некоторые из караванщиков владели мастерски.

… Ничего не оставалось - теперь налетчики не решались атаковать, поджидая гномов, которые бы разобрались с наглецами. Три десятка товарищей, порубленные бердышами караванщиков в считанные мгновения, изрядно остудили головы. При этом все караванщики и купец, что командовал ими, были целы и невредимы! Лишь престарелый слуга с арбалетом был убит дротиком одного из нападающих, но и тот успел убить одного из рейдеров Теодорика арбалетным болтом.

Тянулись минуты ожидания, налетчики не решались на вторую атаку, а караванщики не решались сломать строй и забаррикадировать ворота – этой заминкой могли бы воспользоваться бойцы Теодорика. Из-за поворота показалось две дюжины тяжеловооруженных гномов, которые сходу накинулись на застывших в ожидании людей Скьефа.

Налетчики, встав за гномами, тоже приготовились к атаке.

Гномы клином врезались в караванщиков. Первый гном повис на двух остриях бердышей, а трое упали с порубленными тяжелыми лезвиями головами и плечами. Бородачи намерились сходу прорвать строй южан, но подоспел Скьеф, который до этого стрелял из арбалета и отдавал бойцам команды. Будучи воином могучим, хоть и грузным и неповоротливым, его удары двуручного восточного тесака если не прорубали кольчуги гномов, но точно сбивали с ног.

Гнома, приблизившегося вплотную к караванщикам, он огрел гардой своего оружия, нанеся удар коротышке четко сверху вниз. Едва тот упал навзничь, Скьеф наступил ему сапогом на незащищенное горло. Не вслушиваясь в раздавшийся при этом хруст, он выбил молот из рук еще одного гнома, а один из его людей тут же размозжил ему голову двуручным топором. Гномы не ослабили напора, и уже самому Скьефу пришлось уклоняться от удара массивного шестопера.